Шрифт:
Неподалеку механик возился с машиной. Нижняя половина его лица была прикрыта банданой, как у бандита. Вот бы у Робин была такая же, хотя смотрелась бы она в ней странно. Своих губ и пальцев на ногах она от холода уже не чувствовала.
Зазвонил телефон: Мёрфи.
— Привет, Райан.
— Мне нужно кое-что у тебя спросить, — зло сказал он.
— В чем дело? — спросила Робин, поворачиваясь, чтобы отойти на некоторое расстояние. В любом случае, ей давно пора было сменить положение.
— Ваше агентство пыталось раздобыть фотографии тела Уильяма Райта?
О, черт.
— Что... почему ты об этом спрашиваешь? — спросила Робин.
— Ответь на этот чертов вопрос!
— Райан, я... ни Страйк, ни я не пытались их достать, но... да, Ким Кокран удалось раздобыть копии.
— Твою мать, Робин!
Робин отодвинула телефон на несколько сантиметров от уха.
— Ты вообще понимаешь… я же, черт возьми, говорил тебе о том, каким непростым является все это дело!
Очевидно, новость о том, что полиция больше не верит в то, что в хранилище было тело Джейсона Ноулза, еще не дошла до Мёрфи.
— Ким сделала это по собственной инициативе, — сказала Робин. — Мы не просили ее об этом. Как?..
— Этот тупой ублюдок, который ей их передал, был замечен за снятием копий, а потом видели, как они выпивают вместе, и теперь его, черт возьми, отстранили от работы без сохранения заработной платы. Ты понимаешь?..
— Я понимаю, что ты обвиняешь меня в том, чего я не совершала, — Робин начинала выходить из себя. — Я только что сказала тебе, мы не просили ее этого делать, она думала, что помогает...
— Ну, мне, черт возьми, ни хрена не помогает, когда ты начинаешь подрывать гребаное полицейское расследование...
— Чем мы его подорвали? Мы просто посмотрели несколько фотографий!
— С чего бы этой дуре Кокран считать, что фотографии помогут найти Флитвуда?
— Ну, клиент считает, что трупом был Флитвуд, так что очевидно...
— Вам нужно перестать водить эту женщину за нос и сказать ей, что это был Ноулз!
— Может, тебе стоит пойти и поговорить с командой, работающей над этим делом, если ты хочешь знать, насколько вероятно, что это был Ноулз, — сердито произнесла Робин. — Мне нужно идти.
Она завершила разговор, ее душа разрывалась от злости и отчаяния, и причиной тому были оба — и Мёрфи, и Страйк. Хорошо еще, что она не сказала Мёрфи, что МИ-5 предостерегла их от расследования дела Найла Сэмпла. Или о предполагаемом членстве старшего инспектора Малкольма Трумана в масонской ложе. Или о резиновой фигурке гориллы, спрятанной в ящике с носками.
Мужчина с закрытым, как у бандита, лицом все еще наблюдал за ней.
Глава 61
Глаза и жизнерадостного, и расстроенного человека взирают на одно и то же Творение; но смотрят они на все окружающее с разных сторон.
Одному из них все кажется прекрасным, все вселяет в него радость…
Другой же человек праздно или грустно взирает на те же самые картины, и все видится ему мрачным, бессмысленным и пустым.
Альберт Пайк
«Мораль и догма Древнего и Принятого Шотландского Устава Масонства»
Через два с половиной часа после отъезда из Криффа Страйк сделал остановку по пути на юг в маленьком шотландском городке Моффат, где в кафе на рыночной площади ему подали кофе и бургер, а также предоставили долгожданную возможность отдохнуть правому колену. Грязь на его пальто и брюках высохла, дождь стих, но небо в середине дня уже начинало темнеть. Он полагал, что многие сочли бы Моффат живописным, но Страйк смотрел на все предвзятым взглядом человека, страдающего от похмелья и уныния. Его колено распухло и болело, а статуя барана, стоящего на груде камней, которую он видел из окна кафе, еще больше омрачала его настроение. Овцы, даже отлитые из бронзы, имели свойство напоминать ему об отце Робин, профессоре в области лечения овец, и о том вечере, который они с Робин провели вместе в «Ритце», когда она впервые поделилась со Страйком этой информацией.
Достав телефон, он открыл фотографию клочка бумаги, оставленного Найлом Сэмплом перед своим исчезновением, которую прислала ему Джейд.
Omnia in numeris sita sunt
порождающее оккультное хаос
благотворное порождающее хаос
божественное благотворное РЛ
знает где
Из всей этой записки Страйк понял только латинскую фразу, которая в переводе означала: все сокрыто в числах.