— Я согласна, — сказала Робин. — Что-то не сходится.

— Но если убийство Райта было преднамеренным, спланированным — это кажется еще более странным, чем случайная драка. Из всех мест, где можно кого-то прикончить, хранилище масонской серебряной лавки кажется одним из самых неподходящих. Охрана в «Рамзи», может, и была дерьмовой, но все равно риск имел место, а интерес прессы гарантирован.

— Страйк, мне пора идти, по-моему, она снова отправилась за покупками, — Робин наблюдала, как миссис Повторная спускается по ступенькам дома со своей подругой, и завершила разговор, а Страйк, у которого уже урчало в животе, пошел в супермаркет за ланчем. Все еще думая о Мёрфи, он выбрал салат, а не сандвич с беконом и латуком, который ему действительно хотелось съесть.

Блондинка, которую Страйк заметил ранее на углу Денмарк-стрит, исчезла, но, открыв входную дверь в свой офис, Страйк заметил маленький белый конверт, которого определенно не было на коврике у двери, когда он уходил. Наклонившись, чтобы поднять его, он увидел привычно искаженный вариант своего имени, напечатанного заглавными буквами: КАМЕРОН СТРАЙК. Почерк выглядел странно, как будто текст был аккуратно выведен между двумя горизонтальными линиями, и Страйк, у которого ранее были основания обращаться к экспертам по почерку, заподозрил, что это было сделано для того, чтобы уничтожить любые следы индивидуальности.

Войдя в кабинет, он застал Мидж и Пат за разговором. Они замолчали, когда он вошел. Глаза Мидж, как он заметил, были опухшими от слез.

— Доброе утро, — он сделал вид, что ничего не заметил. Пройдя мимо «золотой рыбки», он закрыл дверь внутреннего кабинета, сел за стол партнеров и вскрыл белый конверт. Внутри оказался листок бумаги, на котором были написаны две строчки, как он узнал, шифром «крестикинолики» [37] .

— Какого хрена? — пробормотал он и только включил компьютер, чтобы перевести, как в дверь постучала Пат.

— Там какой-то мужчина звонит в дверь. Говорит, что хочет поговорить с тобой о Найле Сэмпле.

— Правда? — Страйк сразу вспомнил о человеке, который советовал Джейд Сэмпл не разговаривать с ним по телефону. — Он назвал свое имя?

— Нет, — раздраженно ответила Пат, — и у него не назначена встреча.

Она принципиально не одобряла, когда людей с улицы впускали без предварительной записи.

— Впусти его.

Страйк встал, закрыл створки доски, на которую он прикрепил фотографии Сэмпла и других возможных «Райтов», и спрятал зашифрованную записку под клавиатуру. К тому моменту, как Пат открыла стеклянную дверь, Мидж вышла, а в офис вошел незнакомец.

Это был мужчина приятной внешности, около пятидесяти лет, широкоплечий. Он был почти такого же роста, как Страйк, одет в темносиний костюм, сшитый, как заметил детектив, на заказ. У него были густые короткие волосы с проседью, квадратная челюсть и очки в серебряной оправе. В кабинет он вошел с таким видом, словно ожидал, что ему отдадут честь. Страйк не очень удивился, увидев, как хмурое выражение лица Пат сменилось приветливой улыбкой: она всегда питала слабость к красивым мужчинам.

— Мистер Страйк? — произнес вошедший таким звучным голосом, каким, по мнению Страйка, представитель высшего общества объявлял праздник в своем саду открытым. Это определенно был не тот человек, который назвал Джейд Сэмпл «крошкой».

— Это я.

— Ральф Лоуренс.

Они пожали друг другу руки.

— Хотите кофе? — спросил Страйк.

— Нет, спасибо, у меня мало времени, — ответил Лоуренс.

— Я могла бы приготовить вам чашечку, — предложила Пат.

— Хорошо, — ответил Лоуренс с улыбкой, которая показалась Страйку нарочито обаятельной, — тогда небольшую.

— Проходите, — Страйк отступил в сторону, пропуская Лоуренса.

Он заметил, каким пристальным взглядом мужчина окинул обе комнаты, направляясь к столу партнеров, как будто запоминал детали.

— У нас есть общие знакомые, — Лоуренс уселся в кресло Робин, когда Страйк закрыл дверь.

— Вот как? — сказал Страйк. — И кто же это?

— Анджела Дарвиш.

Интерес Страйка к незваному гостю заметно возрос. Они с Робин познакомились с Анджелой Дарвиш в рамках предыдущего дела, в котором оказалась замешана ультраправая террористическая группировка. Дарвиш сотрудничала с лондонской полицией и так и не раскрыла ни своих точных должностных обязанностей, ни работодателя, но к концу расследования Страйк уже точно знал, что она из МИ-5. Это, конечно, не означало, что Лоуренс тоже работал на службу безопасности, но определенные подозрения, таившиеся в глубине души Страйка относительно Найла Сэмпла, теперь укрепились.

— Чем я могу помочь? — спросил он, тоже присаживаясь.

— В настоящее время вы пытаетесь опознать тело, найденное в хранилище в серебряной лавки «Рамзи», да?

В отсутствие доказательств того, что он разговаривал с настоящим сотрудником МИ-5, Страйк ответил вопросом на вопрос.

— Жена Сэмпла предупредила вас, что я хочу с ней поговорить, или вы отслеживаете личные сообщения на ее странице в Фейсбуке?

— Вы уже говорили с кем-нибудь, кроме Джейд? — спросил Лоуренс.