Арсений замер.

– Ты серьезно?

– Угу.

– Покажи, - потребовал Сеня. Он хотел убедиться собственными глазами, что сестра в очередной раз не разыгрывает его.

– А-а, - насмешливо протянула она, - мы поверили в сказку про зловещее семейство Шаховских? И ты понял, что ты мутант? Что обладаешь экстраординарными способностями, да, братишка? Спешу тебя разочаровать, А-арсений, ты не один такой крутой!

С этими словами Алешка рассмеялась и выбросила правую руку вперед раскрытой ладонью вверх. Со стены медленно, нехотя, с легким скрипом оторвалась несчастная картина и приняла параллельное полу положение. Пару секунд она висела в воздух, а потом рухнула на пол.

– Ну, вот опять треснула, - лениво проворчала Алексия.

Арсений молча уставился на сестру.

– И... давно ты так можешь?
– заикаясь, спросил он.

– С сегодняшнего дня.

– А как у тебя это получается?

Алешка ответила не сразу.

А когда ответила, из её голоса исчезла самоуверенность и нарочитая бравада.

– Не знаю. Понятия не имею.

Что-то надо было делать.

Арсений не спал всю ночь. С тех пор, как они прилетели в Россию и поселились в родовом поместье в Ведунове, он плохо спал по ночам, постоянно просыпался. А сегодня он и вовсе не сомкнул глаз.

Тревожные мысли не выходили из головы.

Он с трудом дождался утра и вскочил на ноги ни свет, ни заря. Тщательно оделся и вышел из комнаты.

Емельян Владиславович иногда уезжал из поместья, пока дети спали. Сегодня такую возможность Сеня ему не предоставит.

Урсулова Арсений обнаружил на кухне, где тот завтракал, читая газету.

– Доброе утро, Емельян Владиславович, - поздоровался мальчик, с шумом отодвигая стул.

Емельян Владиславович вздрогнул.

– Привет, Арсений. Ты что как рано сегодня поднялся?

– Я бы хотел с вами поговорить, - решительно произнес Арсений. Или сейчас, или никогда.

Опекун отложил в сторону газету и сделал глоток кофе.

– Да, я тебя слушаю.

– Я хочу, чтобы вы мне объяснили некоторые вещи. Во-первых, почему именно ВАС мои родители назначили опекунами. Во-вторых, почему они нам никогда ничего не рассказывали ни про Ведунов, ни про родовое поместье. В-третьих, я хочу знать, сколько правды в тех разговорах и сплетнях, что ведутся о нашем семействе. Почему все считают, что семейство Шаховских проклято? Что всё это значит?

– Что ты уже знаешь, Арсений?
– медленно поинтересовался Емельян Владиславович.
– Я заметил, что ты подружился с Чурхиным Яном.

Сеня отрицательно покачал головой.

– Нет, Емельян Владиславович, я не буду вам помогать и что-то рассказывать. Я хочу знать правду. И думаю, что имею на это полное право. У моих родителей была веская причина, чтобы вам доверять, и вы не можете не оправдать их доверие. Вам поручена наша безопасность, наше будущее.

Урсулов ответил не сразу. Некоторое время он молча смотрел на Арсения.

– А Алексия не хочет знать правду. Только ты?

Сеня пожал плечами, а потом не без торжества заметил:

– Если вы увидите сегодня тетю Надю, то, пожалуйста, извинитесь перед ней за мою сестру. Та вчера немного не сдержала своих эмоций и разбила несколько вещей в библиотеке. Видите ли, Емельян Владиславович, моя сестра пришла к выводу, что она обладает паранормальными способностями. Ей подвластно передвигать предметы усилием воли. Она тренировалась весь вечер. Ей очень понравилось это занятие.

Арсений разозлился. Почему Урсулову не взять и не рассказать всю правду? Почему тот медлит? Неужели он надеется, что ему удастся и дальше избежать разговора с Арсением?

Тот так не считал.

– Сеня, ты знаешь больше, чем говоришь.

– Как и вы. К чему играть в кошки-мышки?

– Ты прав, - по лицу Урсулова пробежала тень печали.
– С тех пор, как погибли Владимир и Елизавета, ответственность за ваши судьбы легла на мои плечи. Тебе и Алексии многое предстоит постичь. Но, к сожалению, не от меня. Постой, не горячись. Хотя ты и отрицаешь своё знакомство с Чурхиным, я знаю, что вы подружились, нашли общий язык. По-другому и быть не могло. Чурхин, парень шальной, но хороший. Он будет тебе верным и преданным другом. Всегда. Я думаю, он уже сообщил тебе, что является твоим Хранителем, - при этих словах Емельян Владиславович грустно улыбнулся.
– Мальчишка с гонором, несколько лет назад он приходил ко мне и как ты потребовал объяснений. Но я не имею права вмешиваться в ваши Судьбы. Я Летописец.

– Кто вы?!
– переспросил Арсений.

– Летописец, - терпеливо повторил Емельян Владиславович.
– Звучит пафосно, но это не меняет сути. Урсуловы всегда находились при Шаховских, но в качестве незримых наблюдателей. Мы не имеем права вмешиваться в ход истории. Мы только молча и тщательно записываем всё, что происходит с близнецами, родившимися в роду Шаховских.

– Постойте, Емельян Владиславович!
– воскликнул Арсений и вскочил на ноги.
– О чем вы говорите? Кто вам запретил? Кто наложил на нашу семью проклятье? Почему нас никто не любит? От кого мы зависим?