которой все и началось. Выходило, что в тот день, когда я чинил вентиляцию и никак не

мог взять в толк, каким образом опустел бокс, если «додж» не выезжал - вы и покинули

гаражный комплекс на втором авто через КПП №1. Вот до чего проста, не правда ли, разгадка той, конкретной, ситуации. Но не всей истории.

– Что там еще?! – существительное «ублюдок» едва не слетело с губ Хлоупа,

однако он вовремя сдержался.

– По мере возможности я начал отслеживать ваши перемещения внутри гаража.

Специально для этой цели регулярно угощал контролеров обоих КПП, чем только мог, помогал им. И все ради того, дабы не пропустить вашего появления. Как только это

происходило, я старался забраться на свой наблюдательный пункт у вентиляционного

отверстия. И почти сразу же напоролся на новый секрет. Мало того, что вы передвигались

по одной и той же лишь вам известной схеме, так еще и очень часто… переодевались.

– Пинкертон доморощенный! – процедил Хлоуп.

– Не ругайтесь, господин хороший! Разве Кваква виноват, что богатым деньги

черти куют, а у нищих слуги божьи последнее отбирают.

Так вот, я прикинул: зачем маскироваться честному человеку? А когда в полумраке

бокса №76 разглядел, что вы еще и гримируетесь, убедился окончательно: дело нечисто.

– Что здесь нечистого, баобабовая твоя башка?! Потехи ради я играю в

любительском театре. А чтобы близкие не поднимали на смех, держу свое увлечение в

тайне. Вот и объяснение переодеваниям и гримированию. Приезжаю сюда в обычной

одежде, а уезжаю в костюме того героя, кого в тот день изображаю на подмостках. А ты

уже представил себе невесть что! Небось, в голове целый шпионский роман родился? Не

его ли сюжет вознамерился мне продать? Так я беллетристикой не увлекаюсь.

Единственное мое хобби, как я только что признался, – сцена.

– Я так не думаю…

– А что тут, вообще, думать? Ну, подловил старика, узнал о его слабости. Так ведь

подобные, вполне простительные, «тайны» есть у каждого. Однако твое упорство в

расследовании готов вознаградить. Вот, возьми! – ткнул купюру.

– Я не нищий! – отвел протянутую руку Кваква.

– Перестань! Какие между нами могут быть церемонии? У тебя же ветер свистит в

карманах, выдувая пыль. А дела, как сажа бела – хуже горькой редьки. Так что считай, крупно повезло на ровном месте – добавляю еще две такие же. За то, чтобы держал язык

за зубами. Понимаешь, не хочется, дабы надо мной зубоскалили все кому не лень.

– Вы меня не совсем правильно поняли, – отрицательно покачал кудрявой, как

австралийский меринос, головой чернокожий. – И не дослушали до конца.

– Так это еще не конец? – удивился Хлоуп.

– Нет.

– Ну, в таком случае, быстрее закругляйся!

– Однажды, улучив момент, я последовал за «доджем». Это было просто, потому

что на нем вы всегда выезжали через КПП №2, которое я, как технический работник, обслуживаю.

– А ты больший пройдоха, чем я думал! Держишься фертом. На обухе рожь

молотишь.

69

– Спасибо! Я проследил ваш путь до того места, где вы взяли в салон мужчину. К

сожалению, автомобиль находился на изрядном от меня расстоянии, поэтому разглядеть

незнакомца не удалось.

– А это и не нужно! Ибо встретился я с ним, чтобы вместе ехать на репетицию, –

бросил, уже не сильно рассчитывая, что ее проглотят, откровенно тухлую наживку Хлоуп.

– Однако направились вы совсем не в театр. А за город. В северо-западном

направлении. Может быть, в Малуку. Но в любом случае, в сторону границы. Кстати, я

проследил за вами еще однажды. И установил, где живет тот тип. Ваш, надо полагать, подельщик.

– Ну, и хорошо. Молодец! И что собираешься делать дальше?

– Услышать ваше объяснение.

– А с чего ты взял, что я стану что-либо объяснять? Тем более, как я уже сказал, и

объяснять нечего. Мы, как ты изволил выразиться, с тем типом играем любительские

спектакли в профсоюзном театре. А въезжать в гараж и выезжать я волен, когда

заблагорассудиться. И через какое угодно КПП. Ты не находишь?

– Пусть будет так, как вы говорите. Значит, я могу обо всем доложить начальству?