Илья кивнул.

— Секреты… они никуда не денутся. У каждого из нас есть вещи, которые мы, возможно, никогда не расскажем. Но это не значит, что мы не можем быть вместе.

— А если однажды эти секреты встанут между нами? — она с беспокойством заглянула в его серые глаза.

— Тогда мы разберёмся, — сказал он просто. — Вместе.

Юля улыбнулась.

— Ты всегда так мудро говоришь.

— Не всегда. Просто… опыт. Горький, но полезный.

Он притянул её к себе. Она прижалась к его груди, слушая стук его сердца — ровный, спокойный, убаюкивающий.

— Спи, — прошептал он.

И она уснула. Впервые за долгое время без тревоги, с чувством, что, возможно, даже беда действительно может привести к чему-то хорошему. К дому в лесу. К лисятам. К редким цветам, которые цветут неделю в году. И к этому человеку, чьи секреты, наверное, когда-нибудь перестанут быть стенами, а станут просто частью того, кто он есть. Частью того, кого она, кажется, уже начинает любить.

Юлина нога быстро заживала. И это не удивительно. Ведь ей почти не приходилось ходить. Несколько последующих дней они провели в постели. А если ей нужно было куда-нибудь, её несли на руках или закинув на плечо. Свисая вниз головой, Юля смеялась, а Илья шлёпал её по попе и щекотал. Яра прыгала вокруг, повизгивала и всячески пыталась участвовать в общей возне. Юля стала часто тискать её и обнимать. От былого страха перед собакой не осталось и следа. Овчарка оказалась очень общительная и ласковая.

— Вот так, — качал головой, наблюдая за этим Илья. — Ты впускаешь её в свой дом, а она превращает твою суровую служебную собаку в плюшевую игрушку.

Юля до сих пор не могла понять, как так вышло, что они взяли и встретились в тайге. Она — ещё вчера наследница немалого состояния, сегодня оказалась одна среди бескрайних таёжных просторов. Подозреваемая в убийстве, преданная теми, кому доверяла, она была брошена на произвол судьбы. Он — наверняка очень непростой человек, нашедший в тайге своё убежище. Его причины жить вдали от людей явно слишком глубоки и болезненны, чтобы о них говорить. Он привык к одиночеству, к тишине, к тому, чтобы полагаться только на себя. И вот, посреди таёжной глуши их пути пересеклись. Два человека, каждый со своим грузом прошлого, со своими тайнами. Она — хрупкая, но с несгибаемой волей к жизни, он — сильный, но с израненной душой. Быть может, это не случайность? Быть может, тайга свела их не просто так?

Однажды утром Илья во время завтрака поглядел на Юлю очень серьёзно, и спросил, когда она планирует возвращаться. Та лишь округлила глаза и поглядела испуганно. Он увидел, что она побледнела и закусила губу.

— Так, послушай меня. Я не выгоняю тебя и не бросаю! Но если ты не вернёшься, то потеряешь всё. Твоя мама хотела бы этого? Она бы хотела, чтобы её дочь лишили всего, что она заработала?

— Нет, — Юля помотала головой. — Но если я вернусь, меня обвинят в убийстве отчима.

— Нужно узнать, кто на самом деле его убил.

— Но как?

— Я помогу. Я на твоей стороне. Я верю, что ты ничего плохого не делала.

— А другие?

— И другие поверят.

— А что, ты пойдёшь со мной? — робко спросила девушка.

— Конечно. Ты что, решила, что я тебя одну отправлю разбираться с твоими врагами? — его брови взмыли вверх.

— А как мы доберёмся до города?

— До посёлка пойдём пешком.

— А потом?

— А потом увидишь.

Юля понимала, что Илья прав. Чем дольше она прячется, тем труднее ей потом будет вернуться. Илья говорил, что нужно возвращаться сейчас. Осенью начнутся дожди, похолодает. Идти через тайгу будет сложнее. Юля попросила у него несколько дней на то, чтобы свыкнуться с этой мыслью, морально подготовиться. Но Илья лишь усмехнулся. Он понимал, что она просто пытается отодвинуть момент принятия важного решения.

— Я согласен, что иногда нужно подольше подумать, но думать ты сможешь и в пути, — заявил он.

Когда они, одетые в специальные костюмы с ловушками от клещей, с рюкзаками на спинах, отправились в путь, Юля ужасно переживала. Яру обработали специальным средством от паразитов, взяли с собой всё необходимое, и всё равно у Юли душа была не на месте. Она очень боялась возвращения в реальный мир. Да, теперь у неё есть защитник. Но она всё так же ничего не знает о нём самом. Может ли она ему слепо доверять? Ей ничего не остаётся.

Ей казалось, что до встречи с Ильёй она совсем не знала ничего о реальной жизни. Например, о том, насколько опасен лес. Она всегда думала, что самое страшное там заблудиться и наткнуться на хищного зверя. А оказалось, что есть и другие опасности.

— В тайге реальнее встретить клеща, чем медведя, — говорил Илья. — А укус клеща может привести к страшным последствиям. Энцефалит, боррелиоз и много ещё чего. Некоторые не заморачиваются, а ведь от этих болезней можно умереть.

— Если это так опасно, зачем ты решил жить в тайге? Тут же нет никакой медицинской помощи в случае чего.

Илья лишь пожал плечами.

— Так везде есть минусы и плюсы. Для меня плюсов в тайге больше, чем минусов.

То, что тайга летом невероятно красива, это было неоспоримый факт. Юля шла следом за Ильёй. Рюкзак на её спине казался непомерно тяжёлым, хотя Илья взял большую часть груза. Но не физическая тяжесть беспокоила её, а та, что сидела где-то глубоко внутри, в районе солнечного сплетения.

Она смотрела на его спину — широкую, уверенную. Похоже, этот человек знал лес как свои пять пальцев и может защитить её от медведя, волка, от любого лесного хищника. Но мог ли он защитить её от той другой опасности? Может ли она ему слепо доверять? Вопрос вертелся в голове, как заевшая пластинка. Нет, не может. Но и не доверять тоже невозможно. Потому что в этом лесу, на этой тропе, ведущей обратно в мир, из которого её когда-то выбросили, как ненужную вещь, он — её единственный проводник.