На стену посередине между вышками падают несколько крюков. Бойцы спецназа ловко вскарабкиваются на стену и спускаются с другой стороны. Они бегут вдоль стены к следующим вышкам. Действуя изнутри и снаружи земляне в короткие сроки захватывают весь участок стены, разделяющий район для военных и промышленную зону. Затем они переодеваются, изображая местных.

Кто-то продолжает шуметь, как наблюдатели на вышках ранее. Даже более их. В воздухе разносится запах алкоголя, загорается несколько костров. Под прикрытием света костров и шума алкогольной вечеринки в центре стены сотрудники логистики делают проем, достаточный для прохода людей и небольших ручных тележек. Сотни артостцев и землян, заранее переодевшихся в форму, похожую на ту, что носят местные военные, устремляются в проем.

Шестеро подростков берут под свое командование десяток бойцов каждый. Шесть групп, полномочия которых никто не рискует проверить, подходят к казармам с разных маршрутов. Блуждающих вокруг солдат отправляют на отдых либо на обед. Если кто-то проявляет упрямство, ему намекают на возможность подзарядиться возле костра. Там им точно никто не откажет в гостеприимстве. Кто-то отправляется на боковую, другие же незамедлительно идут к костру, пока все горячительные напитки не разобрали.

Прошли сутки, а в лагере повстанцев все еще царит хаос. Какие-то зачатки субординации только-только начинают проявляться, однако, об установлении полного порядка пока не может быть и речи. Когда прошел кураж первого дня, многие люди начали бороться за власть. Группировки, фракции и альянсы то образовываются, то распадаются. До мордобоя и перестрелки дело еще не дошло, но они возможны в будущем. Простые солдаты, не стремящиеся подняться по карьерной лестнице, а думающие лишь о хлебе насущном, толком не понимают, кто кому подчиняется.

Одной из первых задач, которую новоиспеченные командиры поставили перед собой и практически успешно выполнили, оказалось отстранение от власти молодняка, спровоцировавшего всех на мятеж. Зелены они еще. Да, за счет скорости, бесстрашия и удачи им удалось сделать то, на что другие долгое время не могли решиться. Вместе с тем, агрессивная молодежь только наломает дров в предстоящих переговорах с муниципалитетом. К тому же, командовать большой армией — не то же самое, что действовать лично, на острие атаки.

В результате подростки под уговорами со всех сторон оказались мягко выдворены из штаба. Впрочем, земляне этого и добивались. Оказавшись снаружи, они продолжили следовать плану. Командиры все больше времени проводили в штабе, обсуждая разделение власти и офицерские назначения, а потом и требования к городским властям. А молодые парни, спровоцировавшие бунт, ошивались то тут, то там, просто общаясь с солдатами. Хотя они не отдавали никаких приказов, многие подумали, что эти улыбчивые и контактные ребята уже стали начальниками.

Если новым командирам района для военных дать еще несколько дней на обсуждение и разбор полетов, безусловно, недоразумение можно будет легко обнаружить. Но чего у города нет, так это времени на реакцию. Пользуясь отсутствием полной цепочки командования и тем, что никто толком не знает, кто за какой объект несет ответственность, республиканцы повсеместно заменяют ключевых людей, патрульных и караульных на своих собственных.

Офицеры, подконтрольные муниципалитету, проводят весь день в тревожном ожидании. Внизу происходит какая-то суета, кто-то точно консолидирует власть в трущобах и промышленной зоне. Но кто это, никто так и не может понять. Все отправленные в город люди исчезли. Никто заранее не догадался наладить связь с помощью световых сигналов. И муниципальные власти так и не ответили ни на один сигнал, посланный со стены.

Наблюдатели с мощными телескопами замечают демосов недалеко от города. Те, естественно, привлечены перестрелкой в городе и полны любопытства. К облегчению военных неизвестные боевые отряды перехватывают демосов задолго до прибытия последних к стенам города. У неизвестной силы множество военной техники, включая даже танки и самоходные зенитки. Привлеченные группы демосов немногочисленны и терпят сокрушительное поражение ближе к закату.

На стене караульные вяло следят за городом. У некоторых из них за весь день во рту не было и крошки, ведь припасы сейчас контролируются бунтовщиками. К несчастью, группы, отправившиеся в город за припасами, так и не вернулись. Всем им уже давно хочется есть, пить и спать. Многие из них уже давно бы перешли на сторону бунтовщиков, если бы не непонятная ситуация в трущобах и не полный контроль офицеров над баррикадами напротив восставших солдат.

Из трущоб к защитной стене подходят несколько команд землян. И с внешней, и с внутренней стороны к стене подлетают дроны и усыпляют несколько караульных. Из-за темноты, усталости и сонливости местные защитники пропускают момент, когда спецназ землян взбирается на стену и берет под контроль ее часть. Сначала с одного торца, затем с другого.

Солдаты Республики тихо продвигаются дальше, вплоть до баррикады, разделяющей бунтовщиков от легитимных военных. В короткой и практически бесшумной стычке, республиканцы быстро выводят из строя защитников на баррикадах и занимают их место. Бунтовщики по другую сторону ничего не замечают, продолжая думать, что их противник — военные муниципалитета.

Сразу после этого две группы земного спецназа маскируются под мятежных солдат и продвигаются к центру контролируемой легитимными военными части стены. Им активно помогают дроны и стрелки на крышах домов в трущобах. Многие солдаты, оставшиеся в сознании и в строю после атаки землян, принимают последних за мятежников в мгновение ока сдаются, обещая примкнуть к восстанию, если их пощадят. Их либо лишают сознания, либо связывают и препровождают в трущобы. Что будет дальше — уже решат следователи Республики после тщательного допроса.