— Что происходит? — спросил Леший уже в который раз, но никто ему не ответил.

Я бы тоже очень хотел знать, что происходит. Видимо, происходит долбаный конец света. Если мы через три минуты где-нибудь не укроемся, то нам конец. Повсюду метались преподаватели, стараясь наладить хоть какое-то подобие организованной эвакуации.

Двор академии почему-то заполнился гвардейцами, которых было неестественно много. Тысяча, может, две тысячи бойцов. В полной выкладке, с оружием наперевес. Обвешанные защитными артефактами. Впрочем, они не спасут от огненного шторма.

Гвардейцы рассредоточились на местности и стали занимать позиции, как будто готовились к бою. Хотя, что значит «как будто»? Они определённо собирались драться на смерть. Огонь в глазах, каменные лица, руки судорожно сжимают автоматы, а вдали взрывы, которые с каждой секундой становятся всё ближе и ближе.

Преподавателей в академии уже не было, всё же ночь на дворе, и они давно мирно спят дома. Хотя от такой канонады проснулись бы даже глухие. Краем уха я услышал голос Углова, он пытался утихомирить панику и перенаправить ребят в убежище. Надо запомнить, с какой стороны он кричал, как только найдём…

Слева мелькнули две тени и, пробежав пару метров, резко остановились. Остап и Сергей, задыхаясь, наперебой начали тараторить:

— Мы вас ищем! — выпалил Остап.

— Скорее, там Углов организует эвакуацию! — добавил Сергей.

— А что происходит-то? — в очередной раз спросил Леший.

Ответом ему стал снаряд, взорвавшийся в двадцати метрах от нас. Он попал в отряд гвардейцев, устанавливавших пулемёт на крыше здания. В яркой вспышке четыре человека исчезли, а во все стороны полетели куски разорванной плоти, кирпича и стали.

В нос тут же ударил металлический запах с нотками гари. Проклятье! Ненавижу войну. Слева и справа полыхнули ещё четыре огненных вспышки, унося десятки жизней.

Стоявшие рядом ребята не поняли, что случилось, и присели от неожиданности, и лишь я остался стоять на месте, оглядываясь по сторонам. Самое добротное строение на территории академии было административным зданием. Толстенные стены, которые выдержат довольно много попаданий снарядов, а вот насчёт огненного шторма сомневаюсь…

— За мной! — рявкнул я, пытаясь перекричать панические вопли окружающих.

Мы рванули сломя голову в сторону администрации. Наталкивались на кадетов, сбивали их с ног, падали сами, вставали и продолжали бежать.

— Миха, ты куда! Углов уводит ребят в другую сторону! — закричал Остап.

Ага, блин. В другую сторону. Видел,я куда он их уводит. В сторону бассейна. Да, там есть подсобные помещения на два этажа вниз. Но вот в администрации подвал в целых три этажа, к тому же стены намного толще. Спасибо Мимо, с его помощью я многое разведал в академии, но так и не нашел загона где держат разломных существ. Ну ничего, до него я ещё доберусь.

— Хочешь жить? Тогда шевели ногами! — ответил я и ускорил шаг, заметив, что до активации огненного шторма остались считанные секунды.

Раздался оглушительный гул. Как будто совсем рядом одновременно прозвучали десятки раскатов грома. И этот гул не унимался, а становился лишь громче с каждой секундой. До администрации десять метров, пять. С небес сорвалось невероятно яркое и жаркое пламя и устремилось вниз.

— Скорее!!! — заорал я, срывая глотку, заскочил внутрь здания, дождался, пока ребята войдут, а после потянулся к мане, ощутив, как по телу разливается холод.

Хабаровск.

Отель Империал.

Тонированный автомобиль остановился у дверей отеля Империал. К машине тут же подбежал красиво одетый швейцар и открыл дверь.

— Егор Елисеевич, добро пожаловать, — расплылся швейцар в радушной улыбке.

Из машины вылез огромный охранник судьи и сурово сказал:

— Егор Елисеевич он, а не я, — амбал кивнул на человека, сидящего в глубине салона автомобиля.

Скрипов не спеша вылез на свежий воздух и вдохнул полной грудью. Красота! И воздух такой свежий. Просто восторг. Император десять лет назад велел вынести все заводы на сотню километров вдаль от столицы. Из-за этого в Хабаровске и воздух такой свежий и вкусный. Воздух с ароматом новой жизни. Жизни, которая начнётся с чистого листа.

— Егор Елисеевич, позвольте, я вас провожу, — склонив голову, сказал швейцар, а после забрал чемоданы у охраны и поспешил открыть дверь дорогому гостю.

— А неплохо тут у вас, — отметил Скрипов.

За свою жизнь он успел пожить во многих отелях, но то, что видел сейчас, действительно поражало. Невероятно красивая подсветка фасада здания, украшенного лепниной, колоннами и барельефами. У входа расположились статуи полуобнаженных красавиц, а как только судья вошел внутрь, так и вовсе зажмурился от эстетического удовольствия.