– Тут фишка какая? Каждый раз, когда ты говоришь про что-то, что это есть, – ты тем самым указываешь на то, что этого нет!

Идея, которую даосы попытались объяснить людям: все слова врут! Вообще все, абсолютно все слова – врут.

Непонятно, кто написал «Дао Дэ Дзин». Мы до сих пор не знаем, кто его реально написал. Возможно, что его никто не писал, а возможно, что он был написан не тогда, когда мы думаем.

Но по факту весь «Дао Дэ Дзин» посвящен попытке объяснить людям, что все слова врут.

Каждый раз, когда мы говорим какое-то слово, – мы тут же вводим в мир идею, что это слово – неправда. Потому что Дао – бесформенное, а все слова – это определенная форма. Как только мы задаем форму, мы указываем на то, что это неправда, это нарушение мирового баланса.

Ну и, соответственно, об этом трудно говорить. Вот я сейчас так подбираю слова, чтобы «не врать лишнего». Есть ощущение, что скажешь лишнее слово – и так сильно соврешь, что самому стыдно станет.

Об этом трудно говорить. Поэтому даосы очень часто, вместо того чтобы говорить, кого-то бьют палкой, над кем-то смеются, кого-то игнорируют. Спектр человеческого поведения даоса всегда шире, чем у любого другого человека. Принципиально!

– Можем ли мы говорить о том, что вот эти парадоксальные ответы даоса – это стратегии. Они указывают на то, чего у человека нет, таким образом, чтобы он уже не мог этого не видеть, не смог не заметить?

– Да. И тут такой момент: для даоса идея помощи другому человеку – она очень условная.

Например, зачем даос лечит кого-то?

Во-первых, потому что он тренируется в искусстве медицины. На других тренироваться проще, чем только на себе.

Во-вторых, он реально изучает новые препараты. Жизнь и смерть – это одинаково, поэтому давай-ка я поставлю эксперимент: дам вот эту травку.

Все равно человек умирает. А так хоть с пользой для науки помрет.

Зачем даос обучает учеников?

Сказать, что он пытается им помочь… наверное, это будет неправильно. Правильнее то, что он проверяет на прочность свои принципы: если он способен обучить вот этого идиота, значит он сам достаточно хорошо подключен к потоку Дао. А если он даже этого идиота научить не способен, то, скорее всего, и сам он – идиот!

Мы помогаем другому не потому, что нам важно помогать, а потому, что нам важно развиваться разными способами.

– То есть помощь другому – часть личной практики?

– Да! И даже получение удовольствия для даоса является практикой.

Может быть, ты видел мою вчерашнюю статью про большой мир? Там есть такой тезис:

– Господь, зачем ты создал женщину и вино? Для отдыха?

– Идиот! Я создал их для твоего развития.

Даже получение удовольствия для даоса является практикой.

Аскеза в даосском понимании состоит не в том, что ты отказываешься от удовольствия, а в том, что ты не вовлечен в процесс получения удовольствия.

– Учишься управлять своей вовлеченностью, включенностью?

– Да! Учишься управлять вовлеченностью и пользой.

От удовольствия ведь можно получить пользу.

Даосы практически умеют управлять Ци.

Когда читаешь описания действия Ци, очень часто это похоже на гормональную тренировку.

И кстати, некоторые современные специалисты прямо заявляют, что цигун – это гормональная, нейроэндокринная тренировка.

По сути дела, даосы нащупали ключики к воздействию, причем очень быстрому (не через несколько часов, а прямо здесь и сейчас), на уровень гормонов.

Соответственно, если тебе нужен серотонин – ты поднял серотонин.

Тебе нужен адреналин – ты поднял адреналин.

А потом тебе, например, окситоцин нужен, а потом кортизол – и ты регулируешь это все.

Ну и, соответственно, удовольствие – это способ управления своим гормональным фоном. Удовольствие и боль!

Поэтому у даосов отношение к боли такое… Жизнь есть страдание.

Опять же, ударить палкой другого – это не потому, что ты его не уважаешь, презираешь! У тебя вообще нет такой системы ценностей: уважение – презрение. Разве что к наставнику может быть уважение, но опять же – пока он твой наставник. Даос бьет человека палкой просто потому, что это помогает наладить поток Ци. Вот это очень важный вопрос.

– Тогда можно ли сказать про человека, которого надо ударить палкой, что из второй позиции мы ощущаем, что у этого человека есть перекос внимания. И он, например, не ощущает своего тела. И тогда мы бьем его палкой, чтобы он тело свое почувствовал, так?