Его первыми словами были:

– Что, лейтенант, решил горным козлом сделать начальника? Прыгай тут по камням!

– Здравия желаю, тащ генерал! Я же вниз шел! Зачем подниматься было?

– Чтоб обратно не ушел! Ничего никому не сказав. Мы тут все перерыли, но ничего не нашли. Почему не доложили мне по возвращению? Устроили комедь с коленкой!

– Товарищ генерал! Я действовал в соответствии с инструкциями, полученными мною в Москве. Круг людей, допущенных к операции, был четко очерчен.

– Ну да! Мои люди все сделали, а все коврижки получил Кутахов! И это… А, что тут говорить! Показывай свой «портал» или что там у тебя.

– Портал уже закрылся, откроется только завтра, где он расположен, могу показать, но это в шести километрах выше.

– Ну пойдем!

Через некоторое время я попросил остановиться бойцов, а мы вчетвером продолжили подниматься. Затем повернули в пещере. С тропы ее не видно.

– Вот здесь вот. Если будете обследовать, то осторожнее с вот этим проломом наверху. Через него на портал поступает питание.

Я аккуратно удалил грязь, которой я замаскировал надпись, сделанную группой Бирюкова.

– Молодец, – сказал Петр Иванович. – Чисто уходил, и следов не оставил. Не зря учили. Во сколько надо быть здесь, чтобы увидеть портал?

– В десять-тридцать местного. Пока мы слабо знаем, как работает портал, поэтому используем момент, когда оба портала одновременно работают. Это всего тридцать три минуты в сутки. Я принес письма Сталина и несколько пакетов для руководства СССР.

– А что там?

– Я не знаю, пакеты запечатаны.

Мы шли вниз. Дорогу начали строить, пока проложили около двух километров. Там стояли машины, ожидавшие нас. Полковой опорный пункт обороны был развернут полностью. Колючка и спираль Бруно опоясывали его. Для «начальства» установили несколько обложенных мешками с песком домиков. На гребнях я видел огневые точки.

– Сколько времени займет строительство дороги? – спросил я у Павлова.

– Еще две недели, максимум три.

– Надо бы что-то придумать против спутников.

– Уже придумали: прикроем сеткой, единственное, что было не понятно: где устанавливать точки крепления.

Мы вошли в домик, я снял «лешак» и пуховку. Ивашутин аж подпрыгнул на стуле, увидев петлицы старшего майора и новенький «Суворов II степени».

– Во, везунчик! Я до генерала двенадцать лет полз!

– А я до полковника – сорок. – рассмеялся Мосолов.

– Ну товарищ генерал, вам грех жаловаться, за четыре года из капитанов в генералы, – вставил я.

– Так ведь война была. – Но после этих слов он замолчал, поняв, что сморозил глупость: Мосолов с сорок первого на фронте разведчиком.

– Так что вы там говорили про порталы? – после некоторого молчания продолжил он, неожиданно перейдя на «вы». С чем-чем, а с аналитикой у старого руководителя разведки было все в порядке.

– Да, портал не один. В ближайшее время покажем второй портал. Как только определимся с проектом потребного оборудования.

– Такое же неудобное место?

– Даже хуже. Но дорогу к нему мы уже подвели. Завтра у меня встреча с проектировщиком. Кто у вас будет заниматься исследованиями?

– Пока решено привлечь НИИ «Геофизики». Еще мы бы хотели, чтобы вы и Еременко прошли у нас полное обследование, чтобы можно было определить, по каким критериям портал определяет доступ к нему.

– Я не думаю, что у нас в ближайшее время будет на это время, товарищ генерал. Судя по темпам, предложенным Ставкой, нам даже дня отдыха не предоставили, мы были в Москве полночи только. После этого нас отправили обратно, загрузив дополнительными задачами по организации строительства.

– С этим я знаком! – улыбнулся Петр Иванович. – Чем больше делаешь, тем больше грузят. Назвался груздем…

– Где-то так. Теперь по переброске: завтра попробуем перебросить линзы к прицелам без человека, а после того как я пройду, вслед перебросить несколько гранат к гранатометам и огнеметы «Шмель». Необходимо проверить: работает ли портал без человека, ведь может оказаться, что предметы может переносить только человек.

– А вы не пробовали перебросить что-то оттуда сюда?

– Нет. Решение на использование портала принято в самом конце января. А четвертого февраля мы уже были здесь. Меня использовали в других направлениях. Как только там наметился успех, так вернулись к проекту «Горный стрелок». Да, в случае успеха, необходимо испытать его на перенос длиномеров.

Петр Иванович никогда ничего не записывал, и требовал этого от всех работающих с ним. Его «Памяти нет – считай, калека!» помнят, наверное, все, кто с ним сталкивался. После разговора с ним и передачи всей секретной документации я оделся и вышел посмотреть, что сделано за это время на опорном пункте. Немного походив по округе и поинтересовавшись у знакомых офицеров, как дела, выяснил, что было боестолкновение на развилке, что тот опорный пункт сейчас усиливают. После этого я вернулся к Ивашутину. На мой вопрос он ответил: