Она хотела спросить, каким именно образом, но передумала, когда увидела, как тень мальчишки мелькнула рядом с деревом, а потом увидела его ловко карабкающимся по веткам. В одно мгновение он оказался на уровне Алексии.

– Распахни окно пошире!
– потребовал он.

– Ты собираешься прыгать?
– испуганно и не без восхищения спросила Алексия.

– А ты как думаешь?

Этот колкий мальчишка чем-то был ей симпатичен. Смел, ничего не скажешь. Но одновременно он вызывал своей наглостью и самоуверенностью раздражение у Алеши. Хорош фрукт, ничего не скажешь! Возомнил о себе черте что!

Она убедила себя, что делает это во благо спасения жизни брата. И только.

Алексия распахнула створки окна, и замерла в нетерпении.

– Чего ты ждешь? Почему не прыгаешь?

– Сначала отойди..., - послышалось из темноты.

Леша послушно отошла. Этой ночью она проявляла удивительную кротость.

Мальчишка, с не меньшей ловкостью, с которой он взобрался на дерево, прыгнул сначала на подоконник, а потом в саму комнату. Грязь с его ботинок отпечаталась на ковре. Он удосужил Лешу одним взглядом, бесцеремонно отодвинул её с дороги и остановился перед лежащим на полу Арсением.

– Вот проклятье!
– сорвалось у Чурхина.

– Ты знаешь, где он был?
– недовольно спросила Лешка.

– Да.

– И где?!...

– Потом! Сначала давай его умоем что ли...

Алексии совсем не пришелся по нраву командный тон мальчишки. Он собралась сказать всё, что о нем думает, набрала уже в грудь побольше воздуха, но...тут застонал Арсений, и она обо всем забыла.

Вдвоем с Чурхиным они с Сеней справились быстро. Вместе они принесли его в ванную, смыли следы крови, стащили порванную рубашку. Леша пыталась рассмотреть следы побоев и ран, но ничего не находила. Так, пара мелких синяков, но у какого молодого человека их нет?

Сеня пришёл в себя:

– Что... что вы делаете?

– Тебя умываем, - буркнул Чурхин.

– Ян?....

– Помолчи пока, ладно? Герой тоже мне нашелся....

Сеня послушался. Тело невыносимо болело. Такого с ним давненько не бывало, точно он выходил на спарринг несколько дней кряду. Сквозь пелену, застлавшую глаза, и когда его не терроризировали холодной водой, он пытался понять, что делают в его ванной Ян Чурхин с Лешкой на пару. Прямо скажем, дуэт незапланированный.

Когда на него попытались таким же бесцеремонным образом надеть футболку, он проворчал:

– Я сам.

– Сам, так сам.

Ян скрестил руки на груди и прислонился к стене, а Леша стояла в дверном проеме, с намокшими волосами и гневными глазами.

– Дойти до кровати сможешь?
– недружелюбно спросил Чурхин.

Сеня кивнул:

– Конечно.

– Тогда, вперед!
– скомандовал Ян и демонстративно уступил дорогу.

Пока Арсений шел по комнате, его пошатывало. Ноги дрожали. Он не сел, а рухнул на кровать. Голова гудела.

Ян встал напротив него, а Алексия скрестила руки на груди.

– И где ты был?
– требовательно спросила она.
– Где шляешься вторую ночь? Ты дубина склерозовая, хотя бы иногда думай, что творишь! Я просыпаюсь среди ночи от шума в твоей комнате, бегу к любимому брату и что вижу? Он лежит на полу весь в крови, почти бездыханный! Во что вляпался, я спрашиваю?

Её тон удивительным образом напомнил Сене тон мамы. Она подобным образом отчитывала его за редкие шалости, которые он совершал.

– Я не помню, - честно признался он.

– Конечно, он не помнит! Ничего глупее придумать не мог!

– Но я, правда, ничего не помню!

Что-то заставило Лешу поверить брату. Брат не любил и не умел врать, даже ради собственного блага предпочитал не выкручиваться.

Оба Шаховских дружно повернули голову в сторону Яна. Тот скривил губы.

– Дожил, докатился, я должен просвещать Шаховских, - пробормотал он.

– Я вижу, вы, мальчики, уже знакомы, - иронично заметила Леша.
– И когда успели?

– Имеется такое дело, - с неохотой признался Арсений.
– Мы вчера познакомились, у пруда.

– А мне ничего не сказал.

– Может, потом будете ругаться?
– вмешался Ян. Он чувствовал себя неуютно.

– Мы сами будем решать, когда нам ругаться, а когда нет!
– огрызнулась Леша.
– Я жду объяснений. Что происходит?

Ян скрестил руки на груди.

– Если будешь орать, вообще ничего не скажу! Сами разбирайтесь, понятно?

Леша открыла рот, чтобы осадить наглеца, но потом передумала. Она была умненькой девочкой и никогда не упускала своей выгоды.

– Ян, как ты оказался в моей комнате? У нас дома?
– Арсений медленно приходил в себя. Всё происходящее походило на дурной сон.