Поэма об охоте; Ода об ошибках императора Эр Ши-хуана; Ода о великом человеке / Пер.

А.Адалис // Китайская литература: Хрестоматия. — М., 1959.— Т. 1.— С. 183–194.

Там, где длинны ворота: Поэма / Пер. В. М. Алексеева // Китайская классическая проза. — М., 1958,- С. 71–76.

Лисевич И.С. Ханьские «фу» и творчество Сыма Сянжу // Литература древнего Китая. — М., 1969. — С. 222–230.

Сыма Цянь. Жизнеописание Сыма Сянжу // Сыма Цянь. Избранное. — М., 1956. — С. 283–325.

Hervouet Y. Un poete de cour sous les Han: Sseu-ma Siang-jou. — Paris: Press univ. de France, 1964. — VIII, 478 p.

«Отец китайской историографии» и одновременно основоположник исторической прозы в Китае.

Сыма Цянь известен как фигура трагическая, олицетворяющая душевное благородство и верность нравственному долгу. Подобно своему отцу, Сыма Цянь был придворным историографом. Независимость суждений, его прямота и нелицеприятность вызывали постоянную неприязнь императора и его приближенных. Выступив в защиту несправедливо обвиненного военного начальника, Сыма Цянь был оклеветан, брошен в тюрьму и оскоплен. Только сознание своего долга перед грядущими поколениями заставляло его жить. Впоследствии, получив «прощение» (император слишком нуждался в его знаниях), он продолжал работу над «Историческими записками». Этот огромный труд охватывал всю историю Китая более чем за 2000 лет. Сыма Цянь нарисовал впечатляющую картину известного ему мира, в многообразии его внутренних связей пытаясь осмыслить ход истории, место и значение человека в гигантском круговороте событий, нравственные основы его поведения, взаимоотношений с властью и сам характер этой власти.

Сыма Цянь был образованнейшим человеком своего времени. Знание «книжной мудрости» сочеталось в нем с огромным личным опытом, который он почерпнул из своих долгих путешествий по стране и встреч с самыми разными людьми. Сыма Цянь принадлежит к числу «авторов одной книги» — кроме «Исторических записок» известна только его ода «О злосчастии скорбящего ученого», в которой он говорит о своей трагической судьбе. Но единственный труд его жизни — «Исторические записки» («Шицзи») — стал тем памятником, который пронес имя Сыма Цяня через тысячелетия.

Книга была начата еще отцом Сыма Цяня, Сыма Танем. Произведение это во многих своих частях глубоко художественное, в течение веков служило образцом и для историков, и для писателей. Оно состоит из 130 глав, несколько из них утеряно (или уничтожено по приказу императора), а затем заменено другими. Композиция книги строго продумана, хотя из-за своей сложности (в ней сочетаются хронологический, тематический, иерархический и некоторые другие принципы) расположение глав может показаться хаотичным. Всего в «Исторических записках» пять разделов: «Основные анналы», где повествуется о деяниях государей, «Хронологические таблицы» событий, «Описания» различных областей человеческой деятельности (астрологии, ритуала, музыки, военного дела и т. д.), «Наследственные дома», где говорится о преданной государю знати, и «Жизнеописания» людей незнатных, но чем-либо выдающихся.

В литературном отношении наиболее интересен последний раздел: он очень напоминает «Сравнительные жизнеописания» Плутарха и весь построен на сопоставлениях и противопоставлениях. Перед читателем проходит вереница образов. «Жизнеописания» составлены так умело и увлекательно, что разнообразие привлеченного материала создает полную иллюзию живых типов в их неповторимой индивидуальности. На самом деле древнего историка человек интересовал не как личность, а как определенное звено социальных отношений (государь или подданный, член определенного рода и т. д.) или же как олицетворение некоего «типа поведения» (жестокосердный чиновник, придворный льстец, герой-мститель и т. д.). Каждый из них является лишь иллюстрацией дидактической идеи. Тем не менее «Жизнеописания» не только позволяют нам проникнуть в совершенно незнакомый мир, но и доставляют читателю истинное эстетическое наслаждение. Помимо замечательного искусства автора этому способствуют также многочисленные сюжетные фрагменты, заимствованные им из народных сказаний.

Стиль Сыма Цяня строг и даже лаконичен. Каждая глава как бы делится на две части — бесстрастное «изложение» сведений, которые он считает нужным довести до читателя, и очень эмоциональные авторские заключения и вставки. Изложение обычно ведется ритмической прозой, в заключениях автор порой переходит на стихи.

«Биографический метод» Сыма Цяня оказал огромное влияние на становление китайской художественной литературы.

Избранное / Пер. В.Панасюка; Общ. ред., предисл. и коммент. Л.И.Думана. — М.: Гослитиздат, 1956,- 358 с.

Исторические записки / Пер. и коммент. Р. В. Вяткина, В. С. Таскина; Под общ. ред. Р. В. Вяткина; Вступ. ст. М. В. Крюкова. — М.: Наука, 1972.— Т. 1.— 438 с. (Лит. памятники).

Отрывки из «Исторических записок» / Пер. В. М. Алексеева // Китайская классическая проза. — М., 1958,- С. 79–155.

Конрад Н.И. Полибий и Сыма Цянь // Конрад Н.И. Запад и Восток. — М., 1966,— С 54–58.

Кроль Ю. Л. «Записи историка», как литературное произведение // Литература древнего Китая. — М., 1969. — С. 231–259.

Кроль Ю.Л. Сыма Цянь — историк, — М.: Наука, 1970.— 446 с.

Watson В. Ssu-ma Chien, Grand Historian of China. — New York: Columbia univ. press, 1958. — XI, 276 p.

Творчество поэта совпало с одним из самых драматических периодов китайской истории. После подавления крестьянского восстания Желтых повязок (конец II в.), в корне подорвавшего империю Хань (206 г. до н. э. — 220 г. н. э.), между отдельными князьями распавшегося государства начались войны, не затихавшие десятки и даже согни лет и несшие народу глубочайшие бедствия, эпидемии, голод и смерть.