Шрифт:
Народный поэт и мыслитель. По легенде, Кабир был сыном индуски-вдовы и как подкидыш воспитывался в семье ткача-мусульманина и всю жизнь не оставлял ткачества. В своем творчестве он дал наиболее яркое художественное выражение настроениям городских низов Делийского султаната, в его стихах чувствуется стихийный антифеодальный протест, утверждается ценность человеческой личности, как таковой, вне рамок религии и касты.
Мало известно о жизненном пути Кабира, но на основании того, что сообщается в его собственных произведениях, а также в различных сектантских сочинениях и в «Житии Кабира», полагают, что большую часть жизни он провел в Бенаресе, был последователем учителя бхактов Рамананда и подвергался преследованиям как со стороны ортодоксального мусульманского и индусского духовенства, так и со стороны властей.
Передававшиеся из уст в уста глубокие по мысли, остронацеленные и художественно совершенные строфы Кабира всем своим содержанием свидетельствовали о мятежном духе поэта. Принадлежа по внешним признакам своих произведений к традиции бхакти, Кабир шел в идейном отношении гораздо дальше ее, формулируя гуманистический идеал человека, свободного от религиозных предрассудков и кастовых оков, противостоящего феодальному гнету. Сакхи, пады, рамайни Кабира исходят по форме своей из фольклорной традиции.
Художественное совершенство и философская глубина гармонично сочетаются в каждом произведении Кабира. Пантеистически настроенный, он, видимо в силу своего жизненного опыта, задается вопросами, ставящими под сомнение общепринятые в ту пору взгляды.
Велик создатель или тот, кто сотворил творца живых? Велики Веды или то, что породило мудрость их? Сам человек велик иль нет, во что он веровать привык? Никак загадки не пойму, кто в мире истинно велик? (Пер. С.Липкина)В настойчивых поисках выхода из жизненных противоречий Кабир утверждает жизнь, зовет тружеников к единству, преодолевающему религиозные и кастовые барьеры.
Кто придумал две дороги, что теряются в тумане? Кто сказал нам: «Все — индусы, а вот этот мусульманин»? Поразмысли-ка, безмозглый, кто устроил ад и рай? Уходи, мулла, с Кораном и неверных не пугай! Он пытался представить себе и некоторый общественный идеал. Мы — жители этой страны, где двенадцать месяцев радость. Любовь струится потоком; всюду разлит пленительный свет. Мы — жители этой страны, где двенадцать месяцев весна, Где с неба струится влага бессмертия, омывающая всех добродетельных людей. Мы — жители этой страны, где вечно длится игра Всевышнего, Где светильник непостижимо горит без фитиля и без масла.По преданию, Кабир был неграмотен и пел свои стихи за работой. До нашего времени наиболее достоверный текст сохранился в составе священной книги сикхов «Ади гранта» («Изначальная книга»). Содержание поэзии Кабира противоречит утверждениям о его неграмотности и необразованности — поэт демонстрировал столь глубокую осведомленность как в индусской, так и в мусульманской, особенно суфийской традиции, что неизбежно возникает мысль о его весьма серьезной начитанности.
Поэтическое и идейное наследие Кабира оказало исключительно сильное воздействие на все дальнейшее развитие литератур народов Северо-Западной Индии, на кристаллизацию в них демократических тенденций. Особенно это следует сказать о пенджабской литературе, для которой творчество Кабира послужило не только одним из важных источников идей, но и стало неотъемлемой частью ее классического прошлого.
Произведения Кабира живут до сих пор и в своем оригинальном виде, и в многочисленных переводах на современные индийские языки, и в фольклорных перепевах. Имеются также переводы на европейские языки, в том числе на русский.
Лирика / Пер. С.Липкина. — М.: Худож. лит., 1965,— 172 с.
(Стихи] // Восточный альманах, — М., 1958 — Вып. 2.— С. 65–67.
[Стихи] / Пер. С. Липкина // Классическая поэзия Индии, Китая, Кореи, Вьетнама, Японии. — М., 1977,- С. 149–158.
Балин В.И. Стихи Кабира в переводах Рабиндраната Тагора // Учен. зап. ЛГУ, — 1961,— Вып. 12: Сер. востоковед, наук. — С. 189–198.
Гафурова Н.Б. Кабир и его наследие. — М.: Наука, 1976.— 102 с.
Гафурова Н.Б. Проблема творческого наследия Кабира // Литературы Индии. — М., 1973.— С. 66–76.
Паевская Е. В. Вольнодумная литература // Литература Востока в средние века, — М., 1970. — С. 372–378.
Серебряков И.Д. Кабир // Восточный альманах. — М., 1958 — Вып. 2.— С.61–64.
Machwe Prabhakar. Kabir / Foreword by Hazari Prasad Dwivedi. — New Delhi: Sahitya akad., 1968. — 59 p.
Sethi V. K. Kabir: The weaver of God’s name. — Punjab: Radha Soami Satsang Beas, 1974. — XIII, 762 p.
МАЛИК МУХАММАД ДЖАЯСИ (1492–1542)
Представитель суфийской поэзии, создававшейся в средние века на авадхи (основной диалект восточного хинди). О жизни Джаяси известно немного. Долгое время поэт жил при дворах правителей Газипура и Бходжура. С детских лет склонный к экзальтации, поэт с годами все больше отходил от мирских дел, предаваясь размышлениям о Боге и истинном служении ему. Лишившись единственного сына, трагически погибшего в юношеском возрасте, поэт навсегда покинул родной дом и стал странствующим дервишем, находящим утешение в беспрестанной кочевой жизни. Последние дни своей жизни он провел как отшельник, живя в лесу близ Ушетхи, где после своей кончины и был погребен.