– Он же если и служил, то где-нибудь по хозяйственной части!
– настойчиво продвигала свою мысль соседка.
– Тоже мне, ветеран! Да таких ветеранов... Дал бы ты ему разок в рыло - все проблемы мигом решились. Посмотри на себя: крепкий же парень! Вон, даже мышца кое-где видна. А ведешь себя? Тьфу, смотреть противно.

– Я крови боюсь, - покаялся Курой, закрывая дверь.

– Тряпка!
– повысив голос, вынесла вердикт Лила.

А Яте опять кивнул. Теперь уже дверному косяку. С ним тег тоже спорить не собирался.

***

За стеной негромко, даже деликатно, рвануло, а потом зашипело, словно лаборатория Яте оказалась змеями забита. Алекс поднял голову от бумаг, глядя на щель под дверью. Долго ждать не пришлось. Буквально через пять минут в полосах размытого света газовых рожков заклубился синеватый дым. Остро и гадостно завоняло аммиаком.

Альв кротко вздохнул, сложил листы с финансовой отчётностью о деятельности предприятия господина Горха в папку. А папку, по старой памяти, убрал в сейф. И только заперев дверцу, вышел из кабинета. Приёмную задымило так, словно в конторе начался пожар. Хотя при обычном пожаре такого амбре не почувствуешь. Пришлось управляющему доставать платок и дышать через него. Правда, глаза все равно слезились.

– Знаешь, о чём я думаю?
– повысив голос, поинтересовался Росс, открывая входную дверь нараспашку.

– Знаю, - спокойно отозвался Курой, выныривая из клубящегося марева, как призрак.

И протягивая Алексу противогаз. Обычный, армейский, и оттого громоздкий, с самыми обыкновенными угольными, а не магическими фильтрами и парусиновым «хоботом». Но альв надел его с такой поспешностью, что даже волосы прищемил.

Дышать легче не стало. Зато вонь почти не чувствовалась.

– Ты думаешь о том, что в отсутствии соседей по этажу есть свои прелести, - закончил мысль тег, помогая Россу закрепить ремень.

Из-под противогаза голос медика звучал глухо и таинственно. Правда дым начался рассеиваться, а потому эффект вышел не тот. Хотя белый балахон, запятнанный какой-то гадостью, резиновые перчатки и стёкла маски усиливали сходство то ли с привидением, то ли с каким-то сказочным чудовищем.

– Давно научился мысли читать?
– усмехнулся Алекс, чувствуя себя полным дураком.

В такие моменты и начинаешь радоваться, что клиенты в агентство захаживают не так уж и часто.

– Просто ты это уже говорил, - пояснил тег.
– И ни один раз. А всё просто. Сделай нормальную вытяжку, и такие проблемы возникать перестанут.

– Знаешь, сколько твои вытяжки стоят?
– поинтересовался Росс, оттягивая пальцем край маски и тут же возвращая её на место. К сожалению, вонь вместе с дымом убираться не собиралась.

– Знаю. И если б вы с Роном со всех сирых и убогих плату брали, а не занимались альтруизмом, могли поставить даже не простую, а заговорённую вытяжку.

– Обычно на этом месте Мастерс предлагает начать с тебя. Взять на работу недоучившегося студента-медика с завиральными и никому не нужными идеями - это тоже благотворительность, - буркнул Алекс.

И, развернувшись на каблуках, вернулся в свой кабинет. В нём имелось единственное на всю контору окно, которое можно было открыть. А заодно и сбегая от собственного сотрудника, которого он только что, совсем не благородно, со всей дури ткнул в больную мозоль.

Но уж больно не любил альв разговоров о благотворительности. В конце концов, он Курой зарплату платит! Поэтому, потерпит, не маленький. Да и...

Алекс содрал с себя противогаз, швырнув его в кресло, и обеими руками пригладил волосы, заправляя их за уши.

– Извини!
– повысил Росс голос.
– Я не хотел тебя обижать. В смысле, хотел, конечно. Но... В общем, извини.

Услышь это Каро, она бы долго рот закрывала. Извиняющийся, да ещё и по собственной инициативе, лорд в Элизии явление столь же частое, как и землетрясение. То есть, до сих пор никем и никогда не фиксированное.

Вот только на Яте извинения большого впечатления не произвели.

– Строго говоря, и ты, и Мастерс правы, - откликнулся он из своей лаборатории. То есть, попросту говоря, тоже крикнул.
– Когда вы меня брали к себе, это было чистой воды благотворительностью. Но сейчас я конторе приношу неплохую пользу. Хоть высоколобые полицейские умы и называют это квазинаукой.

– И что ты нашел?
– усмехнулся Алекс, примерно представляя, что будет дальше.

Естественно, ответом на его вопрос послужило гробовое молчание. Ну, не расслышал Курой голоса начальства. Вот до этого момента слышал, а потом перестал.

– Ко мэ ласай, нассен, - Росс машинально поклонился, коснувшись сложенными ладонями сначала лба, а потом груди. Хотя жеста его оценить никто и не мог.
– Моси ваге аринасин[1].

На это Яте тоже ничего не сказал. Хотя по этикету тегов обязан был или принять извинения, или не принять. Но кто ж в Элизии такие тонкости знает? Зато эксперт самолично появился на пороге начальственного кабинета, таща в руках две склянки, в которых плавали темные лоскуты, и толстенный том.