«Н-да. Не повезло мне».

— Ну так пойдем? Только тебе надо переодеться на всякий случай во что-нибудь менее броское.

Я задумалась. Перспектива в доступной для понимания форме разъяснить Роландэлю все, что я думаю о нем самом и о его неадекватной семейке, казалась весьма и весьма заманчива. А главное, сам эльф в это время будет преспокойно посиживать за решеткой и не только никуда не денется, но и применить грубую физическую силу к распоясавшейся ведьме не сможет. Как говорится, безопасность превыше всего.

«Ладно, — снисходительно кивнула я, словно делала всему миру одолжение. — Уговорил, черт языкастый. Но смотри, если нас поймают…»

— Сразу вали все на меня.На том и порешили.

«Кстати, ты так и не сказал, как мы попадем в темницу. Ее ведь точно охраняют».

— Конечно, охраняют. Но ты можешь договориться напрямую с замком и запросто обойдешь все посты.

Надо же, как просто!

Минут через пять я облачилась во все черное и выглядела как вор, собравшийся на дело. Черные джинсы, футболка с длинными рукавами и капюшоном, кожаные перчатки, чтобы не оставлять отпечатков, сводили попытку опознания охраной практически к нулю. Я заказала замку дверь в тюрьму. Мне послышалось или замок действительно тяжело вздохнул?

Дверь нарисовалась подходящая: дубовая, массивная, обитая железными листами и массивным медным кольцом, как у быка-производителя в носу. Я дернула кольцо. Дверь осталась стоять недвижимая как скала. Раздосадованная неспортивным поведением предмета, я пнула ее и долго прыгала на одной ноге, подвывая, как попавший в капкан койот и баюкая поврежденную конечность. Следующая попытка была чуть более результативна. Дверь с ушераздирающим скрипом приоткрылась, и в появившийся зазор вполне могла пройти средней упитанности мышь. Это утешало, но мало. Я, конечно, на полноту не жалуюсь, но в такую щель даже эльф не пролезет.

— Попробуй применить принцип рычага, —предложил Ахурамариэль.

«Это как?» — непонимающе нахмурилась я. Очередной тяжкий вздох по поводу качества моего образования был благополучно пропущен мимо ушей.

— Объясняю для особо непонятливых.

Вступление мне уже не понравилось. Если он и дальше будет намекать на мое скудоумие, то может отправляться бродить по тюремным застенкам в гордом одиночестве, а я преспокойно отправлюсь спать, как и намеревалась изначально.

— Ой-ой-ой, какие мы обидчивые! Просто слова нельзя сказать, —не упустил возможность подпустить шпильку меч. —Короче, найди какую-нибудь палку покрепче, ножка стула тоже может подойти, сунь между дверью и притолокой и нажимай на свободный конец, пока дверь не откроется.

«Думаешь, поможет?» — засомневалась я.

— Разумеется. Как говорил один мудрец: «Дайте мне точку опоры, и я переверну весь мир». К счастью, переворачивать мир нам без надобности. Нам просто дверку нужно пошире приоткрыть.

Я задумчиво почесала нос хвостом. Ладно. Грубая физичеекая сила не мой конек, но это вовсе не значит, что я не решусь ее применить. Ближайший стул был безжалостно обследован на предмет крепости ножек. Резное изящное изделие явно не предназначалось ни для переворачивания миров, ни для открывания дверных зазоров. Раздался сухой треск, и мягкая часть моего организма с размаху встретилась с ковром. Ковры эльфы ткали на славу. Ворс у пушистого чуда длинный, но падать на него почему-то было больно. Видимо, жесткость посадки обеспечил мраморный пол под ковровым покрытием.

Все. Я разозлилась. Прямо сейчас здесь будут горы трупов, кучи костей и море крови! Видимо, замок понял, что погорячился, а может, просто сжалился над одной донельзя обозленной ведьмой, только когда я подхватила кресло и с диким завыванием ринулась штурмовать непокорную дверь, последняя радушно распахнулась, обнаружив за собой не менее дюжины ступенек, которые я с грохотом и руганью пересчитала. Васька тут же кинулся меня утешать. Отзывчивый мой!

Я насчитала больше десятка звездочек перед глазами, пока зрение наконец не восстановилось. Да-а-а, падение даже с малой высоты чревато последствиями. Удивительно, как я еще шею не сломала.

Замковая тюрьма представляла собой сырое, неотапливаемое подвальное помещение, в котором вольготно проживать могут лишь плесень, лягушки и крысы. Человеку находиться в таких ужасных условиях не только не рекомендуется, но и просто противопоказано. Возможно, именно об этих подземельях написал когда-то поэт свои знаменитые строки: «Сижу за решеткой в темнице сырой…» К тому же эльфы не позаботились о достаточном освещении. Мне трудно угадать причину, с какой целью они это сделали. Может быть, рассчитывали, что в темноте заняться особо нечем и раскаяние навалится на узника с удвоенной силой. Лично я уже горько раскаивалась в том, что дала согласие на данную авантюру.