–  Верь мне на слово, Монти, я слышал этих ребят. Мы должны что-то делать - и как можно скорее.

–  Что я могу? Позвонить в федеральную службу? Они будут тут через полчаса.

–  Слишком поздно. Может, если Чарли успеет вернуться в город…

–  Санди, я просто не могу этому поверить!

Санди фыркнул.
– Когда ты увидишь, как он болтается в петле - тогда ты поверишь?

Он рявкнул с такой силой, что его звук его слов вывел механика из транса. Он присел на койке; разлохмаченные волосы торчали во все стороны, а открытый рот и выпученные глаза говорили, какой ужас внезапно обуял его.

–  В петле?
– пробормотал он.
– Кто говорит о петле?

Встав, он подошел к дверям камеры.
– К т о г о в о р и т о п е т л е?
– заорал он, вцепившись в толстые металлические прутья.

Телефон на столе шерифа звякнул. Санди схватил трубку, послушал несколько секунд и прикрыл микрофон.

–  Это Макмурти, - сказал он.
– Да, Мак, в чем дело?

Послушав еще секунд десять, он швырнул трубку.

–  Если ты хочешь что-то делать, Монти, то не тяни резину.

Мак сказал, что сюда направилась целая толпа. У них три ружья и они такие пьяные и заведенные, что я не удивлюсь, если они пустят их в ход.

–  Вседержитель Петр!
– только и смог сказать старик.

–  В ы п у с т и т е м е н я!
– заорал механик, сотрясая прутья решетки.
– Выпустите меня отсюда!

Старик снова подошел к окну.
– Ничего не вижу. Если они явятся, то не с этой стороны. Санди, тебе лучше принести дробовик из задней комнаты.
– Он расстегнул кобуру и стал пересчитывать патроны в барабане.

Санди помчался в заднюю комнату и тут же вернулся оттуда с крупнокалиберным дробовиком и коробкой патронов. Зарядив оба ствола, он сказал: - Слышь, Монти, если ты думаешь, что мы с тобой остановим эту толпу…

–  Черт возьми, а чего ты от меня ждешь?

–  В ы п у с т и т е м е н я о т с ю д а!
– орал заключенный.
– Выпустите! Они меня не линчуют! Меня никто не линчует!

Старик, нахмурившись, посмотрел на него.
– Может, он и прав. Может, его и стоит выпустить, пока мы не перестреляем кое-кого из своих старых друзей, спасая его никчемную шею…

–  А как же со мной?
– вмешался Горвалд.
– Вы не можете оставить меня здесь!

Они не обратили на него внимания, занятые более неотложными проблемами.
– Давай я выйду, - сказал Санди, - и попробую их притормозить. А ты выведешь его через заднюю дверь, сядешь в "Форд" - и гони к ферме Фримонтов. Там найдешь Чарли - а он знает, что делать.

–  Ладно, - кивнул старик.
– Попробуем. Ты уверен, что сможешь остановить их, Санди?

Его заместитель шлепнул по прикладу ружья.
– Недолго, - с напряжением сказал он.
– Так что тебе лучше пошевеливаться.

Механик тяжело дышал, прижавшись к решетке, и его взгляд перебегал от одного к другому. Когда Санди скрылся за дверью, он снова стал трясти прутья решетки.

–  О-кей, о-кей, - проворчал старик.
– Будет по-твоему, парень - только успокойся и не откалывай тут номера.

Он снял со стены ключ, вытащил револьвер и открыл дверь камеры. Механик на удивление ловко, со змеиной гибкостью выскользнул из нее. Он сложил ладони, словно готовясь молиться, вскинул их над головой и резко рубанул старику по шее. Не успев даже простонать, тот рухнул на цементный пол, по которому со звоном покатились ключи и револьвер.

Случилось это столь стремительно, что Горвалд скорее удивился, чем испугался. Он растерянно уставился на лежащее тело шерифа, а потом на недавнего узника. Механик, нагнувшись, подобрал ключи и револьвер и направился к дверям камеры Горвалда.

Горвалд отступил назад, видя, как механик повернул ключ в замочной скважине и распахнул дверь. Горвалд было подумал, что неожиданный акт великодушия со стороны механика позволит ему выйти на свободу; но тут он увидел, что ствол револьвера нацелен точно в среднюю пуговицу пиджака.

–  Снимай его, - прохрипел механик.

–  Что?

–  Снимай все, приятель. Пиджак, брюки, рубашку. Шевелись!

–  О чем вы говорите!
– возмутился Горвалд.
– Я не стану этого делать!

Механик взвел курок пистолета; щелчок прозвучал, как удар хлыста.

–  Хорошо!
– заторопился Горвалд.
– Хорошо!

Пыхтя, он снял пиджак и положил его на лавку. Затем освободился от брюк, инстинктивно попытавшись сложить их по стрелке, но механик вырвал их из его рук. Горвалд, оставшись в одном белье и подрагивая, стал снимать рубашку и галстук.

–  Быстрее!
– рявкнул механик.
– Быстрее, черт побери!

Когда с одеждой было покончено, механик переложил револьвер из правой руки в левую и принялся стаскивать замасленный комбинезон. Ему пришлось снова гаркнуть на Горвалда, чтобы тот понял смысл его действий.