— Ладно. Тогда зачем ты позвонил?

— Сказать тебе, чтобы ты не тревожился, если Каприс вдруг исчезнет в ближайшие несколько дней.

Это заявление заставило Киллиана забыть про улыбку.

— Повтори-ка еще раз.

— Я так и думал, что это заставит тебя прислушаться.

— Переходи к делу.

— Если Каприс откажется ехать на остров добровольно, я пошлю ее насильно, — просто сказал Куин.

— То есть похитишь ее.

— Если тебе так нужны ярлыки, можешь воспользоваться этим.

— У меня есть мысль получше. Разреши мне поговорить с Лоррейн и Джеффри. Ради них она вернется домой.

Куин обдумал это предложение. Территория острова полностью контролировалась, и там было безопаснее, чем в Филадельфии, какую бы охрану ни предоставил Киллиан. Но, с другой стороны, он насильно поставил бы Каприс в такое положение, которое она уже недвусмысленно отвергла.

— Можно попробовать, — медленно согласился он.

— Думаешь, она не вернется?

— Не знаю. Но одно могу сказать определенно — она ужасно разозлится, когда узнает, что я тебе звонил.

— Каприс никогда не злится. Куин коротко хохотнул:

— Спроси у Силк.

Киллиан наклонился, включил ночник и вытащил из тумбочки блокнот и карандаш.

— Дай мне номер твоего телефона. Я сейчас же сообщу обо всем Лоррейн и Джеффри. Уверен, они позвонят ей, как только примут решение.

— Если она не согласится, я увезу ее насильно, — предостерег его Куин, и его тон говорил о том, что он не потерпит вмешательства. — Она попала в такое положение из-за меня. Я дам вам всем один шанс, чтобы ее вызволить. Не ради меня, а ради нее. Не получится — тогда я действую сам.

— Ты говоришь так, как говорил я, когда Силк была в опасности.

— И чувствую, наверное, то же, — пробормотал Куин. — Та чертова фотография, которую я украл у Силк, не слишком удачна. У этой женщины стальная воля и ослиное упрямство, — с отвращением проговорил он, и его акцент стал сильнее прежнего.

Киллиан рассмеялся, теснее прижимая к себе жену.

— У этих женщин из семейства Сент-Джеймс ужасно обманчивый вид. Они кажутся мужчинам такими мягкими и беззащитными, но стоит только их обнять, как они превращаются в нечто такое, с чем ни один мужчина не имел еще дела.

— В какой-то другой момент я был бы рад подобному.

Киллиан посерьезнел.

— И это чувство я тоже помню, — со вздохом согласился он. — Хочешь сказать еще что-нибудь перед тем, как я буду разговаривать с ее родителями?

— Нет. Какие бы планы ни были приняты, они скорее всего не будут осуществлены мгновенно. Если после столь долгого времени кто-то настолько сильно хочет меня разыскать, что смог провести такие раскопки, — можно определенно сказать, что он не простой охотник.

— Меня это что-то не успокаивает.

Мрачное выражение лица Куина его тоже не успокоило бы.

— Я знаю только одного человека, который мог бы настолько сильно хотеть убрать меня.

Киллиан резко выдохнул, вспомнив, о ком идет речь.

— Густав.

— Да. Если это он, у нас есть время. Густав слишком увлекается стратегией и считает себя мастером планирования. Это единственное, что может дать нам минимальный запас времени, — откровенно сказал Куин и сразу же повесил трубку.

Не тратя времени, Киллиан позвонил Лоррейн и Джеффри, чтобы сообщить им о возникшей проблеме. Нелегко было объяснить роль, которую играл в создавшейся ситуации Куин, но он все-таки сумел это сделать, не выдав историю Куина и даже не сказав, что Каприс оказалась в опасности из-за него и его прошлого. Какое бы будущее ни ожидало человека, который помог спасти жизнь Силк, он не сделает ничего, что хоть как-то снизит его шансы.

— Я становлюсь слишком стар для такого рода потрясений, — пробурчал Джеффри. — Сначала Силк, а теперь и Каприс. А я-то считал, что мои дочери обычные молодые женщины.

Киллиан неопределенно хмыкнул, глядя на обычную представительницу женского рода, примостившуюся рядом с ним.

— По-моему, определение «обычная» не подходит ни к Силк, ни к Каприс.

Джеффри глубоко вздохнул.

— Наверное, нет. Но надеяться никому не запретишь. Я поговорю об этом с Лоррейн и обещаю, что в ближайший час мы свяжемся с Каприс. Ты обо всем распорядишься? Позвони пилоту фирмы, и пусть он за ней слетает. Надо полагать, ты пошлешь с самолетом своего человека.

— Я собираюсь лететь сам.