— А купальник тебе зачем?! — выпаливает он. — Ты же сказала, что по работе едешь?

— Так тропический климат же… — растерянно произношу я.

— Так и скажи, что со своим профессором собралась на отдых, — бросает он, обиженно поджав губы.

Я в шоке. Это что, приступ ревности? Месяцами игнорировал моё существование, но стоило мне заговорить о поездке, как в нём вдруг проснулся Отелло? Что за абсурд?!

— Да, ты угадал! — отвечаю я, складывая руки на груди. — Это не рабочая поездка! Я еду на Бали со своим новым парнем. Но извиняться я не буду. Много чести!

Юра открывает рот, но я не даю ему вставить ни слова. Меня трясёт. Эмоции накрывают с головой. Я уже сложила часть своих вещей в чемодан. Кидаю оставшиеся в клетчатую сумку, в которой дед, пока был жив, посылал мне таёжные гостинцы.

— Рита, подожди… — Юра наконец-то встаёт, но я уже спешу к двери.

— Кстати, за квартиру за следующий месяц я так и не заплатила, — говорю, оглянувшись на пороге. — Счастливо оставаться!

На самом деле то, что я не отдала хозяйке деньги — это чистая случайность. Впрочем, учитывая, что она всё же приходила за ними, а Юрец ей не открыл, потому что дрых без задних ног, можно сказать, что он сам решил свою судьбу. Я хлопаю дверью, спускаясь по лестнице на ватных ногах. Мне страшно. Больно. Но вместе с этим внутри меня загорается чувство… свободы? Да, наверное, свободы.

Ночь я провожу у подруги Иры. Мы сидим на кухне, пьём чай, и я рассказываю ей обо всём. Она качает головой, вздыхает, но в её глазах нет осуждения.

— Знаешь, — произносит она, улыбаясь, — у меня предчувствие, что это путешествие изменит твою жизнь.

Я тоже так чувствую. Я стою на пороге чего-то огромного. Невероятного. И впервые за долгое время мне не страшно сделать шаг вперёд.

Наша группа размещается на туристическом острове по соседству с тем, что нам предстоит изучить. Меня не покидает ощущение, будто я попала в телешоу про выживание. Камера, мотор!.. Только ведущего, радостно объявляющего задание дня, не хватает. Я усмехаюсь про себя, но всё же стараюсь сосредоточиться на реальности. В конце концов, это не развлечение, а серьёзная научная экспедиция.

Условия на туристическом острове вполне сносные. Нас расселяют в небольшие домики с соломенными крышами. В некоторых из них даже есть кондиционеры. Спутниковый интернет работает с перебоями, но в целом связь есть. Днём очень жарко, воздух влажный, но ближе к вечеру с океана приходит свежий бриз. На горизонте виден соседний остров — дикий, покрытый густыми зелёными кронами деревьев. Он кажется загадочным и даже немного пугающим. Именно там живёт племя, язык которого я приехала исследовать.

Утром следующего дня мы загружаемся в моторные лодки и отправляемся на тот остров. Проводник рассказывает, что племя поклоняется небесным покровителям. Показывает фотографии идолов. Высокие белые фигуры с вытянутыми пропорциями, вырезанными узкими глазами и длинными пальцами. Говорит, что местные верят, что небесные покровители защищают остров от штормов, а их — от болезней и голода. У меня возникает предположение, что, возможно, небесные покровители — это не божества, а какие-нибудь военные, что высаживались раньше на остров. Слишком уж одежда этих идолов похожа на униформу.

— Напоминает карго-культ, — усмехается антрополог из нашей группы, Игорь Васильевич, и я понимаю, что мне не одной пришла в голову похожая идея.

— Ну, это просто совпадение, — пожимает плечами проводник. — Они знают, что белые люди существуют. Но вот их божества… Они, по словам жителей острова, прилетают с неба.

Я вглядываюсь в экран планшета, где проигрывается короткое видео: один из местных жителей что-то рассказывает, энергично жестикулируя. Речь мелодичная, ритмичная, и я автоматически начинаю выделять повторяющиеся слова и анализировать структуру предложений. Что-то внутри меня ликует — я здесь, на месте, передо мной живой язык, который никто до нас толком не изучал!

— Это невероятно, — шепчу я, не в силах сдержать восторг.

— Он говорит, что божества появляются с неба, остаются на острове какое-то время и иногда приносят с собой дары, — с улыбкой поясняет проводник.

Мои пальцы нервно сжимают планшет. Сердце колотится от предвкушения — настоящая лингвистическая работа, возможность установить контакт, записать новый язык, расшифровать структуру. Я вздыхаю, чувствуя, как меня охватывает почти физическое возбуждение. Наконец-то я стряхнула с себя пыль и занимаюсь чем-то по-настоящему стоящим.

Спустя минут тридцать мы высаживаемся на острове. Жаркое солнце уже печёт, воздух наполнен влажностью и запахом тропических растений. Кое-где слышится пение птиц, перекрываемое шумом волн, разбивающихся о берег.

Проводник ведёт нас вперёд, осторожно пробираясь через густую растительность. Метров через триста из полумрака деревьев появляются несколько местных мужчин. Они настороженно смотрят на нас, переговариваясь между собой. Один из них, видимо, старший, что-то говорит проводнику. Перевод проводника неутешителен: местные желают, чтобы мы убрались с острова.