Я же чувствовал себя относительно нормально благодаря защите эфира. Раны болели, кровь местами сочилась, но в целом, держался.

Мы шли по пустынным улицам Сола, пробираясь сквозь жёсткие объятия бури. Песок свистел вокруг, образуя миниатюрные смерчи. Каждый шаг давался с трудом — приходилось преодолевать сопротивление ветра.

Марта прижималась ко мне, ища защиты от стихии. Её тело дрожало, зубы стучали от холода. Проклятое место — днём можно сгореть заживо, ночью — замёрзнуть насмерть.

Ульрих шёл впереди, прикрывая голову Виконта своим телом. Его одежда превратилась в лохмотья. Но он упрямо двигался вперёд, наклонив голову против ветра.

Через десять минут продвижения по песчаной буре мои спутники начали сдавать. Ветер, холод, песок брали своё. Они больше не могли идти.

Марта споткнулась и упала на колени. Её губы посинели от холода, глаза наполнились слезами.

— Не могу… — прошептала она, обхватив себя руками в попытке сохранить тепло. — Холодно…

Ульрих тоже замедлился. Его движения стали скованными, неуклюжими. Даже одержимость головой Виконта не могла заставить его двигаться быстрее.

Пришлось вытянуть тоненький купол из эфира, чтобы помочь им. Последние силы, на которые я даже не рассчитывал. Не осталось ничего. Но купол сформировался — слабый, едва видимый, но достаточный, чтобы частично блокировать песок и ветер.

— Идём, — подхватил Марту под руку, помогая подняться. — Скоро будем у колодца.

Она кивнула, стиснув зубы. До места перехода оставалось совсем немного. И тут я сначала услышал звук колокольчика, а потом заметил тёмную массу в небе. Сука!

Ночные пожиратели закончили пир на базе клана Песчаной Бури и теперь направлялись к нам. Их хитиновые тела блестели в лунном свете, крылья издавали тот самый звук — шорох тысячи страниц.

— Давайте быстрее! — рявкнул, подгоняя своих спутников.

Кое-как они ускорились. Долбанные монстры уже почти настигли нас. Эфира у меня практически не осталось. Купол истончался с каждым шагом, грозя вот-вот исчезнуть.

Первые пожиратели пикировали, но пока не решались атаковать напрямую. Они кружили вокруг, изучая, оценивая.

Колодец показался впереди — тёмная дыра в земле, наш единственный шанс на спасение. Мы бросились к нему, собрав последние силы.

— Делай ступеньки! — приказал Ульриху, когда мы достигли колодца.

Мужик напрягся, его руки засветились голубоватым светом. Я почувствовал лёгкую вибрацию под ногами. Из стены колодца начали выступать каменные выступы, формируя примитивную лестницу.

— Я первый пойду, — заявил он. — Проверю, что они выдержат вес.

— Последний! — оборвал его планы. Я прекрасно видел, куда были направлены его взгляды, когда ветер задирал рваное платье Марты.

Девушка начала спускаться первой, осторожно переставляя ноги на скользких ступеньках. За ней я, и замыкал шествие Ульрих.

Оказавшись в колодце, мы увидели, что ночные пожиратели уже кружат над нами.

— Открывайте калитку! — крикнул я, обращаясь к невидимым кирмирам. — Мы тут с подарками!

Ничего не происходило. Пожиратели начали спускаться в колодец. Бились о края и падали. Ульриха мне в родственники. Мы же не обсудили с полуросликами, как нам вернуться…

— Открывайте! — заорал я, вкладывая в голос всю мощь. — Мы выполнили уговор!

Реальность задрожала. Стена колодца пошла рябью, словно поверхность воды от брошенного камня. И вот мы уже не в колодце, а в тёмном туннеле, ведущем в царство кирмиров. Пожиратели остались снаружи, издавая разочарованные звуки.

Шли мы молча. У каждого из нас были свои мысли. Свои планы. Свои страхи.

Туннель всё тянулся и тянулся. Сырые стены, покрытые странными фосфоресцирующими грибами и мхом, чуть освещали наш путь. Капли воды падали с низкого потолка, разбиваясь о каменный пол.

Марта вздрагивала от каждого звука. Её глаза бегали из стороны в сторону, словно ожидая, что из мрака вот-вот выскочит какой-нибудь монстр. Ульрих шёл впереди, бережно прижимая к груди свой жуткий трофей и что-то бормоча ему.

Наконец мы вышли в большой зал. Полумрак, факелы на стенах, запах влажной земли и металла. И она — Берульда, женщина-кирмир, стоящая в центре зала.

Её осанка выдавала напряжение. Она выглядела… иначе. Какой-то загнанной. Испуганной даже. Руки нервно теребили «бороду».

Синие глаза, холодные как лёд, сейчас были полны какой-то внутренней паники. Она переступала с ноги на ногу, словно не могла найти себе места.

Мы подошли ближе. Я поставил чан с кровью на пол. Марта опустила рядом мешок с основами духа.