Губернатором Зардоба оказался аж целый граф. Пётр Петрович Димитриевский-Крейц, седой представительный мужчина с роскошными усами. Одет он был в дорогой костюм, не по последней моде, но достаточно солидный, лицо надменное, руки холёные. Ничего тяжелее ручки он за всю жизнь явно не держал.

Нас он принял почти сразу, как только мы показались в приёмной и его секретарша доложила о моём прибытии. Как я и говорил, капитанская должность — это не просто запись в штатке. Это множество других преимуществ, о которых в Академии не рассказывают. А статус капитана имперского военного корабля, который будет в ближайшие месяцы защищать твою систему, это и вовсе ключ от всех дверей. Подозреваю, даже если бы я пинком распахнул дверь в губернаторский кабинет, он бы всё равно меня принял.

— Добрый день, господин… Старший лейтенант, — взглянув на мои погоны, произнёс губернатор.

Он даже поднялся со своего места, прошёл ко мне навстречу, участливо пожал руку, заглядывая мне в лицо.

— Добрый день, Ваше Сиятельство, — кивнул я.

— Честно говоря, несколько неожиданно видеть столь молодого юношу, командующего эсминцем, — усмехнулся губернатор, возвращаясь к себе за стол. — Чаю? Кофе?

— От кофе не откажусь, — сказал я. — А что насчёт молодости… То это единственный недостаток, который проходит со временем.

Граф Димитриевский усмехнулся, вызвал секретаршу. Магомедову он ничего предлагать не стал, мой второй помощник присутствовал тут как незримая тень или предмет мебели, и губернатор воспринимал его соответственно.

— Я слышал про вас, старший лейтенант, — сказал он. — По большей части слухи, но сейчас, вижу, кое-какие из них были правдивыми.

— Какие же? — нахмурился я.

Терпеть не могу слухи и сплетни. Особенно те, в которых фигурирует моё имя.

— Что молодость и дерзость идут рука об руку, — расплывчато сказал граф.

Я только пожал плечами в ответ, от необходимости отвечать что-либо меня освободила вошедшая секретарша. Она прошла мимо, виляя массивными бёдрами, поставила кофе на прозрачный журнальный столик, поставила другую чашку на стол губернатору, вышла, не говоря ни слова. Мы, не сговариваясь, проводили её взглядами.

— Так о чём это мы? — улыбнулся губернатор. — Да, точно. Присаживайтесь.

Мы с Магомедовым сели за столик, в неудобные глубокие стулья. Похоже, граф нарочно держал в кабинете именно такие, чтобы посетители не задерживались надолго.

— Собственно говоря, мы зашли выразить своё уважение, Ваше Сиятельство, — сказал я. — Что-то мне подсказывает, что «Гремящий» здесь надолго, а значит, мы с вами ещё не раз встретимся. Хотел сразу же наладить контакт.

— Резонно, — заметил граф.

Я пригубил немножко кофе. Надо же, натуральный.

— И если в системе что-то требует моего внимания, как представителя космического флота, то я буду рад помочь, — сказал я.

— У нас, к счастью, всё спокойно, насколько может быть спокойно в приграничной системе, — чуть улыбнулся губернатор.

— Пираты, контрабандисты и прочие тёмные личности? — спросил я.

— Бывают и они, — кивнул он. — Но ничего такого, что потребовало бы вмешательства целого эсминца.

— Это радует. На прошлом месте службы пираты были настоящим бедствием, — сказал я.

— Наслышан, наслышан… — усмехнулся граф.

Не было похоже, что губернатор заинтересован в нашей помощи, у него-то как раз всё было хорошо, судя по всему. Но сообщить о том, что мы готовы прийти на помощь в случае необходимости, всё равно нужно было.

— Вы прилетели из Новомихайловской, не так ли? — спросил губернатор. — Видели там кронпринца?

Почему-то мне показалось, что этот вопрос граф Димитриевский задал не просто так. Не из праздного любопытства.

— Его Императорское Высочество наградил нас за действия при обороне имперских границ, — сказал я. — И за рейд на Карахисар.

— Кронпринц не скупится на награды, — хмыкнул граф, ещё раз скользнув взглядом по моему мундиру, где красовалась орденская планка.

— Его Императорское Высочество высоко оценил наши заслуги, — кивнул я.

Это правда. Кронпринц очень щедро нас наградил. Это, конечно, не жалованное дворянство и не миллион кредитных билетов, но всё же очень и очень щедро.

— Его Императорское Величество считает, что война — это здорово. Полезно для экономики, — фыркнул губернатор, прикрываясь, будто невзначай, чашкой кофе.

Я тоже пригубил кофе мелкими глоточками, растягивая удовольствие. Не каждый день приходится пить натуральный продукт. Хотя это был скорее жест, приглашающий графа продолжить мысль. И он продолжил.