Я подошел ближе к манекену и пощупал панцирь. Точно хитин, изнутри укреплен металлом. Никаких следов магического воздействия, похоже его используют исключительно для отработки физических техник. Впрочем, я заметил несколько тонких царапин, видимо, от мечей. И россыпь мелких точек, скорей всего от пуль.

Вообще, сиреневых по панцирю никто никогда не бил, я в том числе. Какой в этом смысл, если можно перебить уязвимые сочленения или на худой конец оторвать твари башку. Хотя были и иные ситуации, я точно стрелял таких из револьвера. Урсус неплохо справлялся своими когтями, но только в огненной форме.

— Пари? — насмешливо спросил Халк, а я заметил, как остальные бойцы без стеснения смотрят на меня.

— Вы не обязаны, Виктор, — вмешался Ник.

— Нет, все в порядке, — отмахнулся я. — Но я за язык не тянул, если что, так что потом прошу не жаловаться.

— Жаловаться? — здоровяк подошел ближе и показал участок, где хитин шел волнами. — Это максимум, который я смог выдать.

— У меня есть друг, который этот панцирь голыми руками рвет. Пари.

— Биты нет, могу дать молот.

— Не стоит, — я просто развел руки в стороны и между ними засияли белые вспышки заряженного духовного оружия. В этих всполохах проявилась моя бита, покрытая белыми паутинками трещин, сочащихся энергией.

— Усилитель, — раздались шепотки с разных сторон. — Это что, артефактная бита? Аристократы совсем уже с жиру бесятся.

Я же спокойно подошел к манекену, прикидывая как его получше треснуть. Сиреневый панцирь действительно очень прочный и то, что Халк смог его помять — говорит о серьезной силе парня.

Пожалуй, не стоит сдерживаться. Бита в руках, энергия Потока, усиленный удар, заряд на максимум.

Из биты начали вылетать всполохи молний, а сам воздух словно сгустился вокруг меня. Вдох, замах, выдох… Удар.

Грохот был такой, что можно было оглохнуть. Только вот я ничего не услышал, потому что от столкновения на короткое мгновение вокруг меня образовалось что-то вроде вакуума. Придя в себя, первое что я увидел, это две доски под моими ногами. Остальные вырвало вместе с гвоздями.

Манекена на месте не было, и я даже на мгновение испугался, что переборщил с силой, но затем наконец увидел миниатюрного жука, наполовину застрявшего в бетонной стене. Ну, думаю то, что его сложило пополам, а посередине хитина виднелась длинная трещина, можно считать за мою победу.

— Так, с первым нанятым бойцом, я полагаю, мы определились, — улыбнулся я Нику, который все это время просто таращился на проломанную стену.

С разных сторон начали раздаваться приглушенные голоса других бойцов.

— Защитный барьер забыли включить?

— А если бы мы попали случайно?

— Барьер работает. Он его тоже пробил.

— Кто это вообще такой?

— Наниматель вроде новый.

— Наниматель? А он в курсе, кто кого охранять должен?

— С такими артефактами и я так могу.

Последняя фраза была брошена насупившимся Халком, стоило мне пройти мимо. Разумеется, я остановился и лишь тяжело вздохнул. Вокруг снова наступила тишина.

Я же просто развернулся, подошел к ближайшей гире, валявшейся на полу, подцепил ее носком сапога и подбросил в воздух. В этот раз удар был точным и стремительным.

Вряд ли кто-то что-то смог разобрать, потому что в одно мгновение гиря повисла в воздухе передо мной, а уже в следующее просто исчезла. Все сразу обернулись на треск и уставились на манекен.

В паутине мелких трещин по центру панциря застряла гиря с надписью «54 кг». Да, пришлось немного смухлевать и усилить снаряд энергией Потока, но это никак не повлияло на пробивную силу. Просто я не хотел, чтобы гиря разлетелась на куски от удара битой.

— Так тоже можешь? — тихо спросил я, проходя мимо Халка. А затем обернулся к Нику. — Пари?

— Пари, — подтвердил он. — Безоговорочно.

На этом мы покинули зал, оставив окаменевшего в недоумении здоровяка позади. Выйдя наружу, Ник позволил себе тяжело вздохнуть.

— Не держите на него зла, Виктор. Халк бывает несносным, но когда дойдет до дела, надежней товарища сложно найти. Он не раз уже принимал пули за других и всегда сделает это снова.

— Я так и понял. И я рад, что такой боец будет следить за безопасностью моих земель.

— Что ж, раз такое дело, предлагаю переместиться ко мне в кабинет и утрясти детали.