Сталин резким движением запушил окурок папиросы в пепельнице.

– Товарищ Дзержинский, – сказал он, – вашим сотрудникам необходимо срочно заняться этим вопросом и разобраться, кто из представителей местной советской власти в Екатеринбурге действительно поддерживает нашу власть, а кто готовит мятеж, чтобы стать местными князьками и оторвать Урал от Советской России. Я думаю, что вы уже имеете полную информацию о том, что готовят в Екатеринбурге единомышленники Свердлова и Троцкого? Действительно, пора уже кончать с этим осиным гнездом. Нам не нужны те, для кого свои шкурные интересы выше народных.

– Товарищ Сталин, – сказал Дзержинский, – мы уже формируем отряд, который в самое ближайшее время будет направлен в Екатеринбург. Учитывая, что на Урале действительно сильны троцкистские и сепаратистские настроения, нам следует подготовиться к возможному вооруженному сопротивлению. Поэтому я думаю, что немного позже к этому вопросу надо будет вернуться еще раз и обсудить его уже досконально.

Сталин помолчал, а потом снова посмотрел в мою сторону.

– Товарищ Тамбовцев, – сказал он, – а что вы скажете насчет чисто сибирских дел? Где там нам угрожает наибольшая опасность?

– Самая большая опасность на данный момент, ответил я, – это есаул Семенов, готовящийся вторгнуться из полосы отчуждения КВЖД в Забайкалье.

– А какая власть в этой самой полосе отчуждения? – спросил Сталин. – Кто там сейчас самый главный? У кого там сейчас в руках власть, деньги и вооруженная сила?

– Самый главный там генерал-лейтенант Дмитрий Леонидович Хорват, – ответил я, – личность весьма своеобразная. На словах он вроде бы признает Советскую власть, а на деле в полосе отчуждения, прозванной местными остряками «Счастливой Хорватией», власть – это он сам. При этом генерал старается не делать лишних телодвижений и ни с кем не конфликтовать. Он умен и осторожен – весь в своего прапрадедушку, фельдмаршала Михаила Илларионовича Кутузова, которого, как известно, еще Наполеон называл «Хитрым лисом».

– А каковы его отношения с есаулом Семеновым? – поинтересовался Сталин. – Генерал, надеюсь, не поддержит этого авантюриста?

– Отношения между ними довольно прохладные, – сказал я. – Генерал предполагает, и не без оснований, что Семенов, захватив власть в Забайкалье, захочет занять и его место в Харбине. К тому же есаул Семенов не самостоятелен – его щедро финансирует и вооружает японская разведка. В Токио надеются, что есаул будет более покладистым соседом, чем генерал Хорват, и позволит им стать подлинными хозяевами КВЖД и прилегающих к ней территорий.

– Понятно, товарищ Тамбовцев, – кивнул Сталин, – значит, опять повторяется история, когда отечественные авантюристы готовы плясать под дудку иностранцев и не останавливаются ни перед чем, только бы урвать для себя хотя бы кусочек власти. С учетом того, что в этом деле ясно видно вмешательство из-за рубежа, я пригласил на это наше совещание генерала Потапова. Скажите, Николай Михайлович, чем можно помочь нашим товарищам в Забайкалье и в полосе отчуждения КВЖД? Есть ли там ваши люди, которым можно полностью доверять?

– Есть, товарищ Сталин, – кивнул тот. – И именно в Харбине. Штабс-капитан Алексей Николаевич Луцкий, разведчик-профессионал, участник русско-японской войны, награжденный за бои под Мукденом орденом Святого Станислава 3-й степени. Закончил во Владивостоке Восточный институт, который готовил кадровых разведчиков, где изучал китайский, японский и корейские языки. Потом стажировался в Японии, где изучал нравы и обычаи этой страны. Вернувшись домой перед началом войны, он возглавил оперативный отдел штаба Иркутского военного округа. Занимался там делами, происходящими в полосе отчуждения Китайско-Восточной железной дороги, и организовал там неплохую агентурную сеть.

– И еще, – тут Потапов сделал паузу и внимательно посмотрел на Сталина, – штабс-капитан Луцкий очень сочувствует большевикам.

Сталин удовлетворенно кивнул.

– Хорошо, Николай Михайлович, – сказал он, – я надеюсь, что с помощью товарища Луцкого мы сумеем взять под контроль генерала Хорвата и нейтрализовать угрозу нашим интересам со стороны японской агентуры в полосе отчуждения КВЖД. Что еще нужно для успеха этой операции? Есть мнение, что с учетом своего специального опыта возглавить ее проведение на месте должен присутствующий здесь товарищ Бесоев.

– Товарищ Сталин, – сказал адмирал Ларионов, – мы считаем нужным отправить в Забайкалье вместе со старшим лейтенантом Бесоевым особую группу из специально подготовленных для таких дел бойцов. Они обучены действиям в особых условиях, и имеют боевой опыт. Для усиления этой спецгруппы неплохо было бы послать вместе с ними сотни три хорошо подготовленных нами бойцов Красной Гвардии. От военной разведки уважаемый Николай Михайлович предложил взять с собой штабс-капитана Николу Якшича. Кстати, товарищ Сталин, вы уже с ним знакомы.