— Лёшенька, да ты ловелас! — разбавляя свою фразу заливистым девичьим смехом, произнесла девушка.

Выглядела она как всегда бесподобно: длинные распущенные волосы, тесная в области груди белая блузка и чуть выше колена синяя юбка. Женская сумочка вместо школьного портфеля, приятный макияж и небольшой каблук, дополняли образ. Благодаря последнему, кстати, мне приходилось слегка задирать голову, иначе взгляд непроизвольно упирался в и так привлекающий внимание бюст.

— Привет, Анна. — улыбнулся я в ответ, остановившись напротив.

— Ну чего же ты так официально? «Анна». — передразнила меня Орлова. — Зови меня «Аня». — добавила девушка, с улыбкой подмигнув вдобавок.

Улыбалась и флиртовала она так очаровательно, что боюсь, я мог невольно расплыться в улыбке как кот при виде сметаны. Но следом же, вспоминая историю нашего с ней знакомства, я себя мысленно одёрнул и опустился на землю.

— Договорились, Аня. Хорошего тебе вечера. — хотел было я уже идти дальше, но девушка меня остановила.

— Постой… не желаешь проводить меня до ворот? Сумка такая тяжёлая… — потешно надув щёчки и сделав бровки домиком будто ребёнок, произнесла она.

Ну уж нет, я в её хоровод мальчиков-зайчиков, вступать был не намерен. И тем более нести женскую сумочку, в которую кроме тетрадок ничего и не влезет, не собирался.

— Не желаю. Без обид, много дел. Пока. — улыбнувшись бросил я и кивнув на прощание, направился в сторону терпеливо ожидающих меня ребят.

По ощущениям, спина в эту минуту у меня плавилась от чужого взгляда, что и подтвердили мои друзья, едва я к ним подошёл.

— Не знаю что ты ей сказал, но она тебе ещё полминуты сверлила спину. — расхохотался Максим.

— Со всеми девками переобщался? — улыбаясь прокомментировала происходящее Маша, с лёгким сарказмом в голосе.

— Она заверила, что всё передаст Васнецову. Так что ждём. — пропуская мимо ушей шутки друзей, сообщил я главное.

После чего, под лёгкий допрос со стороны ребят на тему предмета нашей короткой беседы с Орловой, мы направились на обед.

* * *

Традиция проводить вечерние тренировки, вернулась вместе с окончанием турнира и победой в короткой войне против двух аристократических родов.

Что же касалось развязки событий с моими уже бывшими врагами, то закончилось всё довольно быстро. После судьбоносной встречи в ресторане, следующим же утром возле ворот школы меня ждали два кортежа. Мужчины собственнолично передали мне в руки подписанные документы и сообщили, что готовы произнести слова присяги.

С последним тянуть не стали и вечером того же дня, Тенишев и Коломойцев преклонили колени, признавая меня своим господином. Унизительная для этих двоих процедура и признание, проходили в том же ресторане, только на этот раз в частной кабинке, без присутствия лишних глаз.

Для всего остального общества вокруг, по сути ничего и не изменилось: фаза конфликта стихла, стороны остались при своём, если, конечно, не считать уже разрушенных заводов и внезапно перешедшей в имущество Белорецких территорий этих господ, и главное, все остались живы.

Но в действительности же, в мою собственность перешли около сорока процентов территорий от каждого рода, а также, в качестве откупных, они обязались ближайшую неделю начать строительство моего особняка. Хотя правильнее сказать, спонсировать его строительство — строить будет Белстрой, одна из Тюменских строительных кампаний, принадлежащих Белорецким.

По всему выходило, что благородные отделались от меня вполне себе малой кровью, если не считать потерю суверенитета, и должны были быть просто счастливы, но нет. «Тёмная разведка», как я теперь стал называть своих бесовок, докладывала, что мои бывшие-будущие враги просто взяли тайм-аут и от своих смертоубийственных планов на мой счёт, отказываться и не собирались. Просто сейчас, когда я нахожусь в школе, претворить их в жизнь текущими силами, для них было практически нереально. Но плох тот глава рода, что мыслит сегодняшним днём, неделей или даже годом. Ходы и комбинации могут просчитываться на десятилетия. Правда, этим двум охламонам, до такого уровня ещё далеко. Впрочем, как и мне пока что.

По итогу выходило, что у нас просто образовалось длинное перемирие на моих условиях и это в текущих реалиях, меня полностью устраивало. В том числе потому, что выпустив свою агрессию на эти две семьи через череду проведённых по их собственности атак, а также в ходе избиения Артёма и Егора, я малость растерял запас злобы. И сейчас к каким-то более радикальным мерам, был готов только в случае обострения ситуации с их стороны или хотя бы отказа идти на мои условия мира. Поэтому на текущий момент было решено встать в наблюдательную позицию и в случае чего, аккумулировать запас злости.