– Хорошо, я поняла. Что ж… Я пойду тогда, с врачами поговорю. Ты тут поправляйся. Тебе что-то из вещей привезти в следующий раз?

– Не, – я осторожно покачал головой, чтобы не усиливать боль.

Незнакомка Елена склонилась ко мне, осторожно обняла одной рукой и поцеловала.

– Пока, – прохрипел я, провожая взглядом.

Алена подсоединила капельницу к катетеру.

– Я же не засну сейчас? – вполне уверенно спросил я.

Алена даже слегка вздрогнула, как мне показалось, от неожиданности.

– Нет, это просто обезболивающее. Но спать Вам сейчас полезно.

– Уже неделю спал… – я ухмыльнулся.

– Это не совсем сон… – начала было она, но запнулась.

– Можно мне телефон?

– Конечно, но тоже старайтесь долго на экран не смотреть – глаза будут быстро уставать пока.

– Понял.

Закончив с капельницей, она обошла койку, достала из тумбочки телефон и вложила мне в руку. Я кивком поблагодарил.

– Скоро голова пройдет, постарайтесь не напрягаться. Можно просто лежать с закрытыми глазами и слушать музыку, например, – посоветовала Алена.

– Хорошо, так и сделаю, – соврал я и проводил ее взглядом, пока дверь за ней не закрылась.

Телефон оказался полностью разряжен. Это было досадно, но поправимо. Приложив максимум усилий, я постарался приподняться с кровати в сторону тумбочки, но не смог. Ноги были ватные, пресс тоже плохо слушался. Мне снова нужна была помощь Алены, но я решил вот так сразу по пустякам не гонять ее туда-сюда. Мысленно поставив себе таймер на пять минут, я углубился в размышления.

– Пока еще не факт, что эта женщина действительно моя жена. Это пока со слов Алены Игоревны, которую я тоже знаю, дай бог, два дня;

– Если это все же окажется проверяемым фактом, например, в телефоне есть однозначная переписка и фотографии, то как вести себя с ней дальше? Разыгрывать потерю памяти? Ну допустим. В моем положении это приемлемо, дальше больнички уже не упрячут;

– Я ничего не запомнил из того, что она говорила, даже отчество уже забыл. Это плохо! Что-то было сказано про волнения, про страховку и про маму с папой. Интересно, про чьих, моих или ее?

– Ну и как мне теперь не привлекая, так сказать, внимания санитаров выяснить, что и когда пошло по другому сценарию, если мое будущее так изменилось;

– И, наконец, самый неутешительный вывод. Если мое прошлое и настоящее изменилось, то теперь навсегда. Больше шансов что-то исправить не будет.

Странно, что последнее соображение пока никаких особых эмоций во мне не вызывало. Видимо, сначала предстояло выписаться из больницы, а разбираться с ситуацией в целом предстояло уже «на воле». Выждав время, я позвал Алену и попросил зарядку для телефона:

– А тут нету, – развела она руками, – Есть у нас в ординаторской – могу зарядить, но отдам только завтра, сегодня моя смена заканчивается.

– Ну что ж, согласен. Разряженный он мне все равно ни к чему.

Она взяла телефон и собралась было выходить.

– А который час?.. И день? – поинтересовался я.

– Без пятнадцати девять, сегодня 1 ноября 2021, понедельник.

– Спасибо, хорошего вечера!

Оставшись один, я включил звук на телевизоре и полистал каналы. На «Первом» шло «Пусть говорят», по «Россия1» и «НТВ» какие-то сериалы, я остановился на «ТНТ», где транслировали шоу «Где логика?». Снова мне вселенная подавала какие-то тайные знаки, и я продолжил размышлять над этим вопросом под фоновый гул из телевизора.

Действительно, на вопрос «Где логика?» ответ был неочевидный, если вообще был. Как я, даже принимая во внимание всю невероятность этого, мог что-то поменять в вымышленном прошлом так, чтобы вернуться в новое настоящее. Это противоречило моим представлениям о путешествиях во времени с оглядкой, если таковое путешествие действительно имело место. Если я настолько изменил прошлое, что даже жена у меня теперь другая, то как я смог попасть на тот же самый поезд в тот же самый день в новой реальности?

Была еще одна неприятная догадка. Возможно одна из реальностей является созданной мозгом вследствие травмы – умеет же мозг во сне придумывать и оживлять целые миры. Проверить догадку пока не представлялось возможным. Для этого нужна была связь с друзьями и родственниками. Через них можно было бы аккуратно выяснять некоторые факты своей биографии, ссылаясь на частичную потерю памяти.

План мне представлялся таким:

Получить завтра телефон и изучить его вдоль и поперек. Прочитать все чаты, посмотреть все доступные фотографии, проверить списки дел;