UR.ANUS
Новая любовь, новая жизнь
вернуться

Гёте Иоганн Вольфганг
Шрифт:

Бравому Хроносу

Эй, проворнее, Хронос!Клячу свою подстегни!Путь наш теперь под уклон.Мерзко глядеть, старина,Как ты едва плетешься.Ну, вали напролом,Через корягу и пень,Прямо в кипящую жизнь!Вот и снова,Хоть совсем задохнись,Надо в гору лезть!Ну же, не медли,Бодро и смело вверх!Далеко, вширь и ввысьЖизнь простерлась кругом.Над вершинами горВечный носится дух,Вечную жизнь предвкушая.В сторону манит свернутьКровли тень.На пороге девушка ждет,И сулит ее взор отраду.Пей! Мне тоже, девушка,В сердце влей эту брагу,Этот питающий бодростью взгляд!Так! И живее в путь!Видишь, солнце заходит.Но до заката,До того, как меня, старика,Затянет в болото,Беззубый зашамкает рот,Завихляют колени, —Пьяный последним лучом,Ослепленный, ликующий,С огненным морем в очах,Да низвергнусь в ночь преисподней!Дуй же, дружище, в рог,Мир сотрясай колымагой!Чтоб Орк услыхал: мы едем!Чтоб нас у воротДружески встретил хозяин.

Фульский король

Король жил в Фуле дальной,И кубок золотойХранил он, дар прощальныйВозлюбленной одной.Когда он пил из кубка,Оглядывая зал,Он вспоминал голубкуИ слезы утирал.И в смертный час тяжелыйОн роздал княжеств тьму.И все, вплоть до престола,А кубок – никому.Со свитой в полном сборе,Он у прибрежных скалВ своем дворце у моряПрощальный пир давал.И кубок свой червонный,Осушенный до дна,Он бросил вниз, с балкона,Где выла глубина.В тот миг, когда пучинойБыл кубок поглощен,Пришла ему кончина,И больше не пил он.

Приветствие духа

На старой башне, у реки,Дух рыцаря стоитИ, лишь завидит челноки,Приветом их дарит:«Кипела кровь и в сей груди,Кулак был из свинца,И богатырский мозг в кости,И кубок до конца!Пробушевал полжизни я,Другую проволок:А ты плыви, плыви, ладья,Куда несет поток!»

Новая любовь, новая жизнь

Сердце, сердце, что случилось,Что смутило жизнь твою?Жизнью новой ты забилось,Я тебя не узнаю.Все прошло, чем ты пылало,Что любило и желало,Весь покой, любовь к труду.Как попало ты в беду?Беспредельной, мощной силойЭтой юной красоты,Этой женственностью милойПленено до гроба ты.И возможна ли измена?Как бежать, уйти из плена,Волю, крылья обрести?К ней приводят все пути.Ах, смотрите, ах, спасите,Вкруг плутовки сам не свой,На чудесной, тонкой нитиЯ пляшу, едва живой.Жить в плену, в волшебной клетке,Быть под башмачком кокетки,Как такой позор снести?Ах, пусти, любовь, пусти!

Белинде

О, зачем влечешь меня в веселье,В роскошь людных зал?Я ли в скромной юношеской кельеРадостей не знал?Как любил я лунными ночамиВ мирной тишине,Грезить под скользящими лучами,Точно в полусне!Сном о счастье, чистом и глубоком,Были все мечты.И во тьме пред умиленным окомВозникала ты.Я ли тот, кто в шуме света вздорном,С чуждою толпой,Рад сидеть хоть за столом игорным,Лишь бы быть с тобой!Нет, весна не в блеске небосвода,Не в полях она.Там, где ты, мой ангел, там природа,Там, где ты, – весна.

На озере

И жизнь, и бодрость, и покойДыханьем вольным пью.Природа, сладко быть с тобой,Упасть на грудь твою!Колышась плавно, в лад веслу,Несет ладью вода.Ушла в заоблачную мглуЗубчатых скал гряда.Взор мой, взор! Иль видишь сноваЗолотые сны былого?Сердце, сбрось былого власть,Вновь приходит жизнь и страсть.Пьет туман рассветныйОстроверхие дали.Зыбью огнецветнойВолны вдруг засверкали.Ветер налетевшийБудит зеркало вод,И, почти созревший,К влаге клонится плод.

Первое веймарское десятилетие

Осеннее чувство

Тучней зеленейте,Виноградные лозы,Взбирайтесь к окну моему!Полней наливайтесь,Густые гроздья, и зрейтеБыстрее, пышнее!Вас греет,Как лоно матери,Прощальный взор солнца;Вас обвеваетПлодотворящая ласкаБлагого неба;Вас освежаетДружественный месяц;Вас орошаютИз этих глазКрупные слезы.

Надежда

Молюсь споспешнице Надежде:Присутствуй при трудах моих!Не дай мне утомиться прежде,Пока я не окончу их!Так! Верю я, что оправдитсяТвой утешительный глагол:Терпенье лишь – труд наградится;Безветренный отсадок голДаст некогда плоды и листьям осенится.

Легенда

В пустыне, спасаясь, жил некий монах.Он встретил фавна на козьих ногах,И тот, к его удивленью, сказал:«Хочу я вкушать блаженство в раю,Молись за меня и мою семью,Чтоб нас Всевышний на небо взял».На это муж святой сказал:«То, что ты просишь, весьма опасно,И даже молиться о том напрасно.Тебя не пустят за райский порог,Когда увидят, что ты козлоног».И фавн ответил на это ему:«Пусть я козлоног, – что с того, не пойму!Иных, я знаю, с ослиной башкой —И то впускают в небесный покой».