Из тяжёлой золочёной рамы на них смотрела женщина с пронзительным взглядом. На ней было пышное кроваво-красное платье и массивное ожерелье, а на плече висела заячья шкура.

Господин Вурм понизил голос:

– Это Кровавая баронесса! Видите? Внизу на раме: «1644 год. Яспара фон Дустерберг цу Крётенштейн». Жуткая личность. Я знаю о ней не так много, только имя и то, что в этой местности о ней всё ещё ходит дурная слава.

– Жаль, – вздохнула госпожа Кюммельзафт. – Очень, очень жаль, что знаете так мало. Мы непременно должны разузнать о ней больше. Прежде всего, когда и как она умерла. ИПРИЗов почти невозможно изгнать без этих сведений.

– ИПРИЗы – это исторические призраки, – объяснил Том растерянно моргающим Вурмам.

Госпожа Кюммельзафт кивнула:

– Да, и они бывают разной степени опасности. В нашем случае, боюсь, мы имеем дело с одним из опасных экземпляров.

– Я тоже боюсь, – буркнул Том. – Ведь в темноте их безобразия ещё хуже, чем днём, не так ли?

– О да! – воскликнула госпожа Вурм. – Мы ночами не можем, ик-к, сомкнуть глаз, ик-к, из-за криков и стонов.

– Но показалась она вам сегодня впервые? – спросила Хедвиг Кюммельзафт.

Вурмы дружно кивнули.

– Тогда, значит, мы прибыли вовремя, – сказал Том. – Большинство ИПРИЗов становятся сильнее, когда приближается день их смерти. Они тогда чаще появляются и становятся день ото дня опаснее.

– Ах, вон оно что! – Господин Вурм заметно побледнел.

– Вы не замечали, что в темноте лампы мигают? – спросила Хедвиг Кюммельзафт.

– Или плита не включается, – добавил Том.

– Ещё бы! – Госпожа Вурм часто закивала. – Не далее как вчера, ик-к, и позавчера вечером.

– Ох, о-о-ох, – вздохнул Том и тревожно переглянулся с госпожой Кюммельзафт.

– Барунесса пужирает электрический ток, – прошелестел Хуго с подоконника. – Пряму-таки лакумка, гурман, да ведь?

Госпожа Кюммельзафт выглянула в окно.

– У нас остаётся не так много времени до наступления темноты. Кто из вас знает, где находится щит с предохранителями?

– Я, – сказал господин Вурм. – А что?

– Надо отключить электричество, – ответил Том. – Иначе она накопит столько энергии, что её уже никто и ничто не в силах будет прогнать.

Конец ознакомительного фрагмента.