У брата личная жизнь тоже как-то не срасталась. Жил сначала с одной, потом взял другую с маленькими детками. Первая сама не стала терпеть его «папиных» выходок, от второй он ушёл сам, не потянув морально и материально трудностей, связанных с воспитанием ещё двоих человечков. В общем, я уже стала сомневаться в правильности маминого подхода к семейной жизни. Но, видимо, такова была моя участь, – любить безответно. Конечно, всю жизнь так существовать, вздыхая по углам по равнодушному ко мне мужчине, я не собиралась. В глубине души я надеялась и верила, что он обязательно разглядит во мне ту, единственную, и полюбит меня. Я представляла, что обязательно будут в моей жизни цветы, поцелуи и белое платье. И Олег рядом.

Спустя примерно три года мы поженились. Конечно, это была не та свадьба, о которой я мечтала: не было ни фаты, ни красивого белого платья, ни гостей. Мы просто пришли в «ЗАГС» и расписались. Даже «предложения» со словами «будь моей женой» не прозвучало. Может быть, это банальная фраза, но она так приятна и так необходима каждой девушке! Но, тем не менее, я была счастлива. Единственное, что омрачало мою радость, это враньё, враньё, без которого не было бы нашей семьи, просуществовавшей почти десять лет.

Однажды я сказала Олегу, что беременна. Не знаю зачем. Мне, вдруг, захотелось посмотреть на его реакцию, возможно, услышать какие-то тёплые слова. Он отреагировал очень спокойно, практически без слов. На следующий день мы поехали к его родителям, где он и сообщил о предстоящей свадьбе. Для меня это стало неожиданным сюрпризом, а его родители были рады за нас. Потом я зашла к своей маме. Она плакала, улыбаясь, и обнимала меня со словами «ну, вот видишь, и ты дождалась, выстрадала своё счастье».

Ещё через месяц мы расписались. Вскоре у Олега был День рождения, и мы решили отметить его на природе, в узком кругу его друзей. Выехали за город. Природа вселяла необыкновенную радость в самую душу: ветерок нежно трепал волосы, солнышко начинало пригревать своими оранжеватыми лучиками, яркая травка щекотала ноги. Сочный шашлык с небольшим количеством спиртного, замечательная природа, зеркальная гладь воды у ног, – всё это породило дикое желание искупнуться, хотя вода к этому еще совсем не подготовилась. Ночью у меня поднялась высокая температура, сильно схватило живот. Олег вызвал «скорую», и меня забрали в женское отделение. Врач со «скорой» предположил вероятность прерывания беременности, так как я сказала, что она есть. На самом деле, оказалось, что я застудилась, и беременности в ближайшее время стоит опасаться.

На следующий день Олег приехал ко мне в больницу, и я сказала, что беременности больше нет. Он снова отреагировал спокойно: ни радовался, ни переживал. И впоследствии почему-то даже не развёлся. Однако по приезду домой он заявил о том, что «дети нам сейчас ни к чему, мы ещё совсем молодые, и думать нам надо только о карьере».

Вера поймала себя на мысли, что вот уже долгое время лежит неподвижно, уткнувшись глазами в потолок. Её взгляд переметнулся на стену, по которой бегали озорные солнечные зайчики, словно подбадривая её. «Вот я и наказала саму себя, спустя десять лет. Теперь я беременна, и от меня ушёл любимый муж. Ушёл к лучшей подруге, которая родила ему дочь», – эти мысли стучали в её голове, а ей хотелось вынуть мозг, чтобы перестать думать.

Ещё сутки прошли в забытьи. На другой день она, еле переставляя ноги, доплелась до крана с водой. Дико хотелось пить, и болело всё тело. В полуобморочном состоянии она почувствовала боль в области живота, которая усиливалась с каждой минутой. Боль нарастала и нарастала, колола и ныла, опоясывая уже и со стороны спины. Рукой она подняла трубку и вызвала «скорую». Врач приехал быстро, и уже в машине она провалилась в глубокий сон. К вечеру она узнала, что осталась совсем одна, и маленького человечка внутри больше нет. «Вот она, расплата за ложь, за десять лет, которые сделали и её, и Олега несчастными. Теперь всё вернулось на круги своя», – Вера думала об этом и рыдала в подушку от боли и отчаянья.

Ещё несколько суток она приводила мысли в порядок. В день выписки ей позвонила мама и сообщила о том, что скончался её двоюродный дядя. Ни жены, ни детей у него не осталось. Поэтому даже похоронить его некому. Дядя проживал не то в деревушке, не то в селе, где-то под Саратовом. Вера и виделась-то с ним за всю жизнь всего пару раз.

– Мам, я съезжу к нему и всё сделаю, не волнуйся. Тебе дальше ехать, чем мне.

– Вера, ты уверена? А Олег, – он не будет против?

– Нет, мам, он не будет против. Только скажи мне точный адрес. Я и сама думала сменить обстановку не надолго. Вера быстро нацарапала карандашом на небольшом клочке бумаги адрес малознакомого дядюшки.

– У вас всё в порядке с Олегом? – забеспокоилась мама.

– Да, всё в порядке, не волнуйся. Просто он очень занят на работе и дома почти не бывает. Я приеду туда и перезвоню тебе. Целую. Вера выключила телефон и жадно уцепилась за мысль о своём отъезде. «Съезжу, похороню дядю, – и доброе дело сделаю, и развеюсь. Может, поживу там несколько дней. А потом – видно будет». Выйдя из больницы, она сразу же направилась на вокзал и купила билет до станции назначения. Поезд отправлялся поздним вечером, и она ещё вполне успевала заскочить домой, чтобы привести себя в порядок и собрать вещи.