Нельзя не вспомнить и о том, что в нашей стране переход к информационной эпохе почти совпал с фундаментальной трансформацией общественно-политической и хозяйственной систем. Когда от советской плановой экономики и коммунистической идеологии мы перешли к экономике рыночной, взаимосвязанная система, в которой образование и наука были органичной частью народного хозяйства и политической системы, оказалась разрушена. Университеты начали жить самостоятельной жизнью, почти не связанной ни с производством, ни с городской политикой, ни с теми задачами, которые стояли перед экономикой.

Среди тенденций, триггером которых послужила в том числе пандемия, самой заметной стала дезурбанизация. Мегаполисы и крупные города неожиданно начали терять население. Этого не было уже очень много десятилетий. И отток жителей из мегаполисов, конечно, усилит тот кризис городов, о котором говорят последние пять лет. Вторая – закрытие границ и ограничение на перемещения. Эта тенденция обозначает распад глобального мира на отдельные региональные кластеры вокруг новых центров влияния. Третья – окончательный переход в онлайн. Перевод деловой активности, работы и обучения в электронный формат происходит стремительно и резко.

В то же время университеты начали сталкиваться с проблемой оттока студентов. Во многом это связано с тем, что классическое высшее образование уже не воспринимается молодежью как самоценность, поскольку рынок труда с его постоянно появляющимися новыми профессиями меняется настолько быстро, что образовательные системы просто не успевают адаптироваться. Кроме того, усилилась конкуренция университетов со стороны школ и корпоративных институтов крупных компаний, где студент получает сразу и практические, и теоретические навыки и начинает работать уже на стадии обучения. И этот формат образования и карьеры некоторым молодым людям представляется более интересным, чем обучение в классическом вузе.

Большая проблема всех этих трансформаций в том, что они представляют собой неуправляемые процессы. Говоря об этих изменениях, мы чаще всего просто констатируем факты. И получается даже не научная рефлексия, а акынство – творческое состязание исполнителей, каждый из которых на свой лад поет о том, что видит. Если же задаться вопросом, управляет ли кто-то этими переменами или они происходят сами собой, то ответ становится очевидным: все происходит, скорее, стихийно. Государства, органы власти и общество в лучшем случае стараются на них реагировать и как-то к ним адаптироваться.

Складывается впечатление, что надвигающаяся ситуация одновременного кризиса и городов, и университетов заставляет обе эти сущности объединять свои усилия для того, чтобы выживать в новых условиях, успешно конкурировать и развиваться в новой реальности. И выходом здесь видится, с одной стороны, преобразование университетских городов, создание единого образовательного пространства на территории города, с другой – формирование полноценной городской среды, способной привлекать на свою территорию студентов, специалистов и бизнес.

Такое конструирование современного города-университета, кроме прочих преимуществ, позволяет также вписаться в разрабатываемые правительством стратегии пространственного развития страны на ближайшие десятилетия. Заложенный в эти документы принцип формирования метрополий и агломераций на основе создания высокоскоростных связей, обеспечения их конкурентоспособности на национальном и мировом уровнях предполагает наличие городов, способных динамично развиваться. В постиндустриальной экономике таким потенциалом обладают не столько промышленные центры, сколько города с университетами мирового уровня.

Главным недостатком большинства российских средних и малых городов сегодня является бедная городская среда с устаревшей транспортной системой и низким уровнем сервисов. И начать движение по пути их преобразования в города, отвечающие всем требованиям современности, могли бы вузы. Для этого достаточно сделать свои общественные пространства более открытыми и доступными и начать теснее взаимодействовать с горожанами через открытые лаборатории.

Конец ознакомительного фрагмента.