— Болею, что не видишь? Куда мы летим? Когда я попаду на Землю?

— Хм, — потупил взгляд, прикутал заботливо. Таю… да что б тебя!

— Максон? Ты обещал, — давлю на мужскую честь.

— Все будет, но не сразу. На этом челноке только до штаба, а там решим. Все равно тебе лучше здесь… Чем в агентстве.

Не ответила. Ну это как посмотреть, там комфорт и забота, будто я кошка породистая и привередливая. А здесь дерьмокорабль с дерьмоповстанцами. Куда я попала…

Прилет оказался неожиданным. Корабль просто перестал гудеть. По ощущениям летела неделю, если не больше. Мысль паршивая заставила передернуться: там у них, наверное, уже красная лига… Господи, мерзкие извращенцы, как я рада, что все это закончилось. И Мила получила по заслугам. Хотя, легко отделалась тварь такая.

Мы в здоровенной холодной пещере с дырами в потолке, через которые пробивается звездное небо. Накинули на меня мех, воняющий соляркой, и повели в свои катакомбы. Чувствую легкость и нехватку кислорода. Хоть и купол блестит синевой над нами. Притяжение примерно на две трети ниже, и я как порхающая бабочка.

— Заброшенные шахты, — комментирует повстанец по имени Гуол, привязался он ко мне, ухаживал, а теперь решил, что может со мной флиртовать. — Пояс астероидов хорош, кого тут только в округе не водится, и пираты, и людоеды, и работорговцы. Даже парочка гигантских кораблей — призраков есть. Линкоров с великой войны империй. Разграбленных давно, с них до сих пор железо скребут на нужды лагерей. Мы туда не суемся, там своих распрей хватает, как бы под раздачу не попасть…

И эту хрень он втирает мне до самой базы. Тошнит, не то от его речей, не то от стоящего комом к горле армейского сухого пайка, которым питалась в полете.

База повстанцев в астероиде, ну дела! Помещения широкие, потолки низкие, свет на веревочках, всюду провода и грязные женщины с чумазыми детьми, затравленно смотрящими волком. Классика… Прошли еще, и появились люди поприличнее. Бравые, но худые повстанцы. Очередная горькая мысль убила настроение напрочь: с таким притяжением моя фигура превратится в черти что. Пропала подтянутая задница и упругие ляжки. А вот груди наоборот легче.

Обосновалась в отдельной уютной пещерке под ворчливые звуки женщины, которая причитала, что мне слишком много чести после всех хлопот. Пещерка похожа на склад, и коробок много. И до боли знакомых надписей.

— Контрабанда, — произнес Гуол, притащивший зассанную перину. — С отсталой Земли, знаешь такую? Недавно нашли расу, что совсем страх потеряла. Скоро и ее преобразуют, слишком много ресурсов в недрах. А аборигенов сгонят на действующие шахты руду добывать.

— А ты не пугай девочку, это ее родная планета, — раздался самый желанный голос в этой богадельни. — Она сама оттуда. Империя еще не скоро заинтересуется Землей всерьез. Но если мы победим, этому не бывать вообще.

Кивнула с застенчивостью. Щеки наливаются кровью. Кажется, я уже выздоровела. Но в жар начинает бросать от его внимания и теплой заботы.

— Долго я здесь пробуду? — Спрашиваю наболевшее.

— Корабль с контрабандистами с Солнечной системы прибудет через пару месяцев, это новый канал, так что не переживай, Кэтрин, — произнес Максон. — Люди надежные, назад с ними и полетишь.

Осунулась. Слишком долго!

Ушли оба, оставив выцветший желтый комбинезон мне вместо нормальной одежды. С едой туго, это дали понять сразу, выделив на обед треть брикета армейских сухарей. Вода вообще мутная. И свет синеватый на глаза давит. Сидела, думала час, два… надоело. Рядом коробки с добром. Интересно стало, решила покопаться. Все равно они картонные, часть перемотана скотчем, другая разбросана.

И никому же не нужно это добро, раз оставили без охраны. В первой же коробке обнаружилась туалетная бумага! Дальше шампуни, гели для душа и тому подобная ерунда. Увлеклась так, что вскоре разворошила все, найдя и косметику. О! Вот Фара, кошка драная у меня попляшет. Бутылку воды, оставленную мне для питья не пожалела, чтобы нормально умыться. Подкрасилась, глазки подвела, привела себя в относительный порядок.

Жду Максона. А его все нет и нет. Решила выйти сама, дверка пластиковая держится на соплях и честном слове. Путем проб и ошибок добралась и до ставки командования этим жалким бандитским войском.

Два десятка повстанцев за круглым столом горячо обсуждают о следующих ударах по империи и где раздобыть еду.

— Надо брать лайнер Карсент! — Кричит один повстанец, хлопая кулаком по столу. — Ювелирных изделий нам хватит на годовое обеспечение.

— А рынок сбыта? — Ревет второй. — Никто не купит много! Круизный лайнер богачей брать, ты в своем уме?! У них у каждого по Варроку в охране минимум…

Меня заметили не сразу. Как раз девка и заметила. Единственная женщина среди всего этого отрепья — это кошка Фара.

— Какого черного Квазара, Максон?! — Визгнула овца. — Бойн, Ларк, запереть эту шлюху в старой бойлерной! Да она разнюхивает…

Шлюху?! Я чуть ядом не поперхнулась.

— Фара, не горячить, — осек Максон, впиваясь в меня взглядом. То — то же!

Улыбаюсь ему сдержанно, делаясь милой и несчастной, увожу взгляд с объемными ресницами. А уже подходят парни, смотрят вопросительно на мужественного лидера. Фара вся желчью изошла, увидев такую красавицу.

— Мне скучно там сидеть, — произношу ангельским голосом, но выходит с хрипотцой.