К моменту реформы внутреннего первенства «Манчестер Юнайтед» не знал вкуса победы в чемпионате уже четверть века, что делает превосходство клуба в первые годы существования АПЛ еще более впечатляющим. Команда Алекса Фергюсона завоевала четыре титула за пять сезонов.

Эти пять лет ознаменовались правлением Эрика Кантона, и единственная осечка «Юнайтед» произошла, когда неудержимый француз пропустил половину сезона из-за дисквалификации. Его приход преобразил «Юнайтед», практически в одночасье превратив вечного претендента в команду-династию – влияние Кантона на Премьер-лигу было беспрецедентным. Кантона, как никто, поспособствовал популяризации техничного футбола.

Во времена, когда легионеры были все еще редки, этот француз с итальянско-испанскими корнями, плавными движениями и неизменно поднятым воротником всем своим видом демонстрировал, что эти стадионы – его собственность. До его прихода Англия не знала ничего подобного: Кантона черпал вдохновение не только в Диего Марадоне и Йохане Кройфе, но и в Пабло Пикассо, Джиме Моррисоне и Вольфганге Амадее Моцарте. Когда он процитировал французского поэта Рембо, журналисты решили, что он имеет в виду героя боевиков 80-х Рэмбо. Кантона напоминал героя сатирической комедии – французского философа, запертого в английской раздевалке, где вершиной остроумия считалось порезать форму товарища, – и активно культивировал этот образ. По словам партнеров, его английский был отличным, но во время интервью с таблоидами языковые навыки куда-то пропадали, еще больше убеждая всех, что Эрик – чужак в чужой стране. Когда игроки «Манчестера» после матча шли в паб, в обычный заказ входили 17 кружек пива и один бокал шампанского.

Дело было не только в том, что Кантона был иностранцем. Похожую репутацию он заработал и во Франции, где скитался из клуба в клуб с тревожной частотой – трансферу обычно предшествовали серьезные нарушения дисциплины. Автор биографии Кантона Филипп Оклер пишет, что в конце 80-х он стал первым футболистом-знаменитостью в истории страны, известным не столько игровыми навыками, сколько вычурными культурными отсылками. Изначально он прославился выступлениями за молодежку, жизнь которой активно освещалась на недавно образованном платном канале нового типа Canal+. Кантона идеально подходил на роль звезды модного канала, и, конечно, так же легко он стал лицом Sky и английской Премьер-лиги.

Самый скандальный момент карьеры Кантона в английском футболе произошел в январе 1995 года. Получив красную карточку за удар защитника «Кристал Пэлас» Ричарда Шоу, он поддался на провокацию болельщика «Пэлас» Мэттью Симмонса и перелетел через щит в изящном прыжке в стиле кунг-фу. Ударив обидчика, Кантона заработал восьмимесячную дисквалификацию, поставившую точку в его карьере в сборной. Несмотря на то что поступок Кантона был позорным, он стал знаковым для Премьер-лиги: видеозапись инцидента крутили в новостях по всему миру. Молодой дивизион впервые стал предметом глобальной дискуссии.

Пожалуй, с учетом проблем 1980-х годов было неизбежно, что первоначальный интерес к Премьер-лиге возникнет из-за чего-то негативного, но СМИ, знакомя зрителей с характером Кантона, представили им самую интригующую фигуру английского футбола, разрушающую все стереотипы. Британские газеты оторвались по полной: Sun уделила происшествию две первых полосы подряд. На второй из них можно было прочитать: «Позор Кантона. Читайте на с. 2, 3, 4, 5, 6, 22, 43, 44, 45, 46, 47 и 48». Премьер-лигу обсуждали все. Оспорив в суде двухнедельный тюремный срок, Кантона неохотно выступил на пресс-конференции. Выйдя к журналистам, он медленно и выверенно произнес: «Чайки летят за траулером, потому что думают, будто сардины выбросят в море. Спасибо вам». После этого он поднялся, пожал руку своему адвокату и быстро удалился под хохот ошеломленных репортеров.

Однако имидж Кантона составляли не только особенности его характера – стиль его игры также не имел аналогов в Премьер-лиге. Цитирование философов и художников работало именно потому, что он был гением мира футбола, источавшим коварство, изобретательность и непредсказуемость. Он умело пользовался пространством между линиями, одновременно исполняя функции бомбардира и плеймейкера – ему принадлежит рекорд по количеству голевых передач в среднем за матч [2] . Он обожал перебрасывать вратарей, отменно исполнял пенальти, одинаково здорово вырезал удары внешней стороной стопы и четкие, кинжальные передачи партнерам.

Кантона отличался и выдающимся атлетизмом, необходимым в суровых реалиях английского футбола. Когда Кантона сжег все мосты и решил покинуть Францию, главный тренер сборной Жерар Улье, желая найти Эрику топ-клуб в интересах национальной команды, предложил ему попробовать силы в Англии – как раз потому, что он обладал достаточной физической силой и отменно играл в воздухе. Его рост составлял 188 см, и одной из самых ярких черт его внешности являлась вечно выпяченная грудь. У Эрика было невозможно отобрать мяч, он без стеснения расталкивал соперников корпусом, а огромный процент голов и передач пришелся на его голову. Еще Кантона был гораздо быстрее, чем можно было бы подумать, о чем любил рассказывать его реактивный одноклубник Райан Гиггз.

При этом Кантона не переехал в Манчестер напрямую из Франции, и его знакомство с английским футболом вышло скомканным. Сначала он провел неделю с «Шеффилд Уэнсдей», но смысл этого короткого союза, судя по всему, остался непонятным из-за трудностей перевода – Кантона был уверен, что ему предложат контракт, журналисты предполагали, что он приехал на просмотр, а менеджер Тревор Фрэнсис настаивал, что просто оказывал своему другу услугу, дав тому возможность потренироваться. Какой бы ни была правда, единственное появление Кантона в футболке «Уэнсдей» пришлось на товарищескую встречу в формате «шесть на шесть» против американского шоубольного [3] клуба «Балтимор Бласт». Итог – поражение со счетом 3:8 на домашней арене, куда за несколько дней за этого Фрэнсис ходил на концерт группы Simply Red.