Шрифт:
XIX в. стал поворотным пунктом не только для железнодорожной техники, но и для истории женщин. Именно тогда изменился социальный статус женщин, широко заговорили о женском праве на труд, и это не было простым совпадением, а, напротив, представляло собой закономерное явление. Объективной причиной появления железных дорог и широкого применения женского труда служил процесс индустриализации западноевропейских экономик, характеризовавшийся техническим прогрессом вследствие промышленного использования энергии пара. Тяжелый физический труд, выполнявшийся ранее ручным способом, с конца XVIII в. стал передаваться паровой машине. На человека все чаще стали возлагать контролирующие функции, для чего достаточным оказалось усилий женских рук [99] . Причем возникший значительный спрос на женский труд был в немалой степени обусловлен его дешевизной в сравнении с мужским [100] .
99
Кечеджи-Шаповалов М.В. Женское движение в России и заграницей. С. 31.
100
Тарасов И. Т. Образование женщин и женский труд. М.: Унив. тип., 1903. С. 37.
Изобретение паровой машины дало толчок к развитию различных областей фабричного дела. Фабрики начали вытеснять мануфактуры, державшиеся исключительно за счет труда рабочих, получивших специальную подготовку. Быстро развивавшаяся промышленность подавляла, благодаря своему техническому превосходству, и домашние производства, освобождая все большее количество необходимой для себя рабочей силы, в том числе женской. В условиях стремительно развивавшегося рынка свободной рабочей силы и конкуренции жалованья мужчин стало не хватать для содержания семьи. Зарабатывание материальных средств для женщин стало не просто желательным, но необходимым делом.
Из этюда по женскому вопросу М. В. Кечеджи-Шаповалова
Апрель 1905 г.
«Нынешний промышленный строй, с широким применением машин, нанес смертельный удар экономической деятельности женщины в семье. Фабрика и завод производят все предметы дешевле, скорее и в большем количестве, чем мелкое децентрализованное индивидуальное производство, оборудованное и в техническом отношении несравненно слабее первых. В силу этого производительная деятельность женщины в семье стала теперь экономическим абсурдом.
Если, c одной стороны, эволюция торговли и промышленности как характерный процесс современной экономической эпохи, определяя собой все явления в области труда, силою вещей, заставляет искать женщину новых форм деятельности, которые бы обеспечивали ей успех в борьбе за существование, то, с другой стороны, вся совокупность бытовых условий, законодательных ограничений, моральной приниженности и вековых предрассудков, которые в прошлом были неразлучными спутниками женщины, побудили ее стремиться к общественному свободному труду как к наиболее радикальному средству выйти на путь к духовной самостоятельности».
Очевидно, таким образом, что индустриализация не ограничилась лишь техническим перевооружением, распространением машин, а принесла с собой кардинальные перемены в общественном устройстве. Не в последнюю очередь этому способствовали железные дороги: «Как не велики в истекшем [девятнадцатом] столетии успехи человечества во всех областях науки, искусства и техники – без железной дороги, своей сетью сблизившей все культурные народы и связавшей их в одно целое, они не могли бы в столь короткое время так видоизменить весь строй и все условия жизни людей, как это произошло в XIX веке» [101] , – утверждал все тот же А. А. Абрагамсон. Индустриализация включала в себя «совокупность таких культурных феноменов, как появление новых ценностей и потребностей, желание людей изменить привычный образ жизни, принять новые модели поведения» [102] , а следом – важные и тяжелые для действующей власти политические решения, в том числе касающиеся положения женщин в обществе.
101
Абрагамсон А. А. XIX век – век железных дорог. С. 4.
102
Kahan A. Russian economic history: The nineteenth century. Chicago: Univ. of Chicago press, 1989. P. 106.
Император Николай I (1825–1855 гг.)
Конец ознакомительного фрагмента.