– Что значит – это не их член? А чей?

– А вот это очень хороший вопрос… Я бы тоже хотела владельцу в глаза посмотреть. Да и спросить: каково ему с ним?

Ирочка продолжала недоумевать:

– А зачем им это делать? Я не понимаю…

– Затем, Ирусь, что ты же Алику своему тоже «селфи» послала? – Катя все поняла и усмехнулась собственной наивности.

– Ну да, чуть не сломалась, изогнувшись, – вспомнила Ирочка.

– А им больше и не нужно.

Имевшая в анамнезе кандидатскую диссертацию и скуку, Даша продолжила свой дедуктивный сеанс:

– Интересная, конечно, фотография. Очевидно, любительская, снято в России: видите, в отражении на полированной мебели экран телика с новостями Первого канала. Сейчас я ее пропущу через одну программулину, она ищет изображения в Сети, даже если «Яндекс» не находит… Опа. Как любопытно, нигде не вылезает, то есть это не с порносайтов.

– Даш, я тебя очень прошу, ты можешь ход своих мыслей озвучивать, а то я ничего не понимаю?

– Ирочка, не нужен тебе ход. Рассказываю итог. Это реально фотография какого-то обычного человека, ну, насколько можно быть обычным с таким Божьим даром. Фотографию он, скорее всего, своей девушке послал, а та еще кому-то, по секрету, так она до ваших придурков докатилась. Интересно, давно она по стране путешествует?… У меня идея! Кину-ка я ее в наш мамочкин чат, мало ли – может, кто узнает, родинка все-таки, такое редко бывает, хотя его и без родинки не забудешь!

– Куда? – отвлеклась от жизненных разочарований Катя.

– У нас чат с другими мамашами, называется «Были времена», мы там делимся воспоминаниями. Иногда такое читаешь, что невольно думаешь, как же насыщенно девки жили! Такой отжиг. Даже самоуничтожитель поставили на одну минуту: если мужья прочтут, у некоторых детей отнимут сразу. У нас много новеньких в последнее время. Может, они его видели?

А дальше случилось чудо. Измученные гречкой, инстаграм-эфирами и отсутствием каких-либо событий гражданки начали рассылать изображение по своим другим чатам, да так активно, что любой поисковый отряд позавидовал бы. Всего лишь за несколько часов пенис с родинкой попал на бесчисленное количество экранов.

Немедленно появился Телеграм-канал «Идеальный Х» (в миру И. Х.), за который даже вроде как начали лениво бороться пиарщики башен и оппов.

Фраза: «А что вы его все ищете, он что, сбежал и гуляет по Москве?» – вызвала переполох в кругах литературных критиков женского пола, которые и в докарантинные времена не могли похвастаться богатой сексуальной жизнью, а тут уж совсем полезли на стенку и, забыв о приличиях, присоединились к операции.

В мир чиновников И. Х. попал при не менее пикантных обстоятельствах, а именно – на заседании комиссии по поддержке малого бизнеса в борьбе с последствиями пандемии. В момент, когда заместитель руководителя комиссии госпожа Ж. задала традиционный русский вопрос: «Что делать?», ей пришло сообщение в секрет-чате «Взятки гладки». Она открыла, увидела член и посчитала это знаком. Предложила никому не помогать. Потом переслала картинку мужу, с которым собралась разводиться на его условиях. Тот, наоравшись, тоже нашел, кому отправить изображение.

Карнавал набирал ход, но реально взорвала ситуацию Кира Павловна Плотт, предпринимательница, занимавшая достойное место в списке Форбс, которая в 15:40 того же дня разместила в «Инстаграме» пост о вознаграждении в миллион рублей владельцу И. Х.

А уже в 15:41 Киру Павловну начали отчаянно хейтить. Ее и так было за что: деньги, бизнес, жесткая позиция, прекрасная физическая форма для своих сорока шести лет, да и просто красотка. Ненавидят в России в основном женщины и женщин. Как понятно, ненавидят те, у кого ничего не получилось, тех, у кого получилось. Логика четкая: неполучившиеся ищут виноватых, находят быстро в зеркале, это их еще больше расстраивает, и они начинают ожидаемо ненавидеть получившихся. Интернет для этого дает все возможности. Пришла вечером со своей неполучившейся работы к неполучившемуся мужу в неполучившуюся квартиру и давай стучать по клавишам. Пара часов злобных комментов, и вроде отпускает. Так вот, Кира Павловна, как было сказано выше, и в спокойном режиме всех раздражала, а тут такая подстава.

Тексты комментариев были великолепны: «Старая недотраханная дура решила купить себе член», «Что так дешево? Беднеешь, тварь», «Деньги есть – счастья нет», «Лучше бы детям отдала» (робкие попытки сообщить всем, что она жертвует в год под сто миллионов, никого не убедили). Затем последовали обвинения в различных преступлениях и даже в фашизме. Да-да, вам не показалось, именно в фашизме. В России в целом особенно любят навешивать этот ярлык – от него сложнее всего отмываться. В данном случае логика была следующая: Кира Павловна поощряет анатомическое превосходство, ну и отсюда через высшую расу – прямиком к фашистам. Спин-оффом фашизма стала дискриминация. Какие-то активистки принялись писать в европейскую прессу о том, что госпожа Плотт встала во главе движения дискриминации по размеру. Тут же нашлась ассоциация по защите мужчин со скромными данными. Появился мем «Smoll dicks matter», написанный с ошибкой, но все забили и на это. Киру Павловну незамедлительно зачислили в гомофобы и расистки, а почему – никто разбираться уже не стал.

Все, что я описал, произошло за несколько часов, так что уже к вечеру Кира Павловна оказалась в нокауте. И как раз в этот момент в кабинет вошел вернувшийся из Питера ее консультант по связям с общественностью Лёшик, который уже четыре года занимался решением репутационных проблем Киры Павловны, вызванных тем, что она забывала простое правило: каждая фраза, сказанная публичным человеком в России, прежде всего должна быть предельно туманной и обтекаемой, а уже потом только честной, точнее, честность вообще никого не волнует. Высказывания Киры Павловны были прозрачны, как байкальский лед.