– Почему ее отец требовал вернуть дочь? – Спросила оживившаяся Триль Бэнр. Вся эта возня с войной и артефактами была безумна важно, но ей совершенно не интересна. А тут интрига. И какая!

– Потому что Сабрина сбежала от отца и попросила защиту у Всеволода.

– Почему она это сделала? – Раздраженно уточнила мать, недовольная слишком кратким ответом сына.

– Потому что смогла подслушать разговор и узнать, что отец хочет принести ее в жертву в храме Шар.

– ЧТО?! – Хором не то прорычали, не то прошипели присутствующие.

– Всеволод отразил войско ее отца, возглавляемое жрицей Шар. А потом заставил ту жрицу нас поженить.

В зале наступило молчание. Гробовое. Все присутствующие с трудом переваривали услышанное. Оно было для них настолько же невероятно, как и принятие полного аркана шепота Илуватора. Триль Бэнр перевела растерянный взгляд на Виконию, надеясь услышать опровержение этого бреда. Но та кивнула и с усмешкой добавила:

– А потом переспал с этой жрицей и настроил ее против Шар. Угрозы. Секс. Вовремя сказанные нужные слова. Жрица там, правда, была совсем юная и мало чему обученная. Но все одно – он удивил меня. Неожиданный шаг и интересный результат.

– Он повернул ее против Шар? Но как?

– Она больше не жрица Шар, - уклончиво ответила Викония. – Кроме того, она обязана своей жизнью и родовой честью Всеволоду. Семейство эредаров, кстати, тоже по уши в долгах перед ним. Он спас жизнь их наследнику и хитростью отдал дочерям в мужья тех мужчин, что, пользуясь положением, над ними сильнее всего измывались.

– Моих братьев, - скривившись произнесла Сабрина. А потом добавила с раздражением. – Никчемные балбесы!

– Вот как? – Произнесла Триль Бэнр посмотрев на невестку задумчивым взглядом. Впрочем, было хорошо видно, что мысли ее связаны не с ней. А потом после небольшой паузы она заявила: - Я хочу бы посмотреть на внука!

– На приемного внука? – Уточнил сын. – На раба?

– Не дерзи мне!

– Мама, вам не стоит с ним встречаться.

– Это не тебе решать!

– После последней встречи госпожи де’Вир он был отправлен в малый стазис потому что они снова подрались. Всеволод принципиально не желает уступать женщинам.

– Но… но… как? – Снова растерялась матриарх, скосившись на Виконию.

– Дурное воспитание, - пожала та плечами. – Я не назвала бы это дракой. Но ему хватает дури лезть с кулаками на жрицу, призвавшую силу. Ему просто плевать. Говорит – умру, но хоть ухо откушу напоследок. И наслаждаться победой будешь одноухая.

– Он на вас поднимал руку?! – Воскликнула Триль Бэнр.

– И ногу. И стол мною ломал, и шкаф, - усмехнулась Викония. – Он вообще в этом деле только что за оружие не хватался. Но это было забавно. Такая страсть!

– Я поняла вас, - почтительно произнесла Триль Бэрн с диким выражением глаз. Остальные просто же помалкивали, держа свои комментарии при себе. Хотя лица у них были крайне занятные.

– Вам не нужно встречаться с ним, мама. Он не позволит вам им командовать. Или вы его убьете, или он вас. Как тех двух темных жрецов, что он окончательно упокоил.

– Трех, - добавила Викония и пояснила. – Того, убитого артефактом, он тоже окончательно упокоил.

– И все же, я хочу его увидеть! Сегодня же!

– Увы, он в малом стазисе, - развел руками Ридлиан. – Да и когда очнется – уговорить его будет непросто. А приказать некому. Он никому не подчиняется. Даже уважаемая госпожа де'Вир сможет его сюда доставить только боем и в бессознательном состоянии.

– Какой интересный мальчик, - медленно и с явным предвкушением предстоящей борьбы произнесла Триль Бэнр.

– Неужели вам мама действительно интересен раб, оказавшийся идеальным вместилищем для духа могущественного темного эльфа? – Поинтересовался Ридлиан. – Невероятно! Куда катится мир?

– Не язви! – Вновь одернула его матриарх и зло сверкнула глазами.

– Если вы желаете познакомиться с приемным внуком, то вам нужна тренировка, - доверительно произнес сын.
– Потому что он может за слишком резкие слова и в зубы дать. Даже жрице, призвавшей силу. Про пикировку и язвительные замечания и говорить не приходится. А в каких «высоких» отношениях он с богами! О! Я поначалу постоянно бледным ходил. Вы представляете, он Шар называет не иначе как образиной. А Кореллона то Рулоном, то Корешом, то по-простому - мерзавцем и лицемерным садистом. Про нашу же госпожу…