Хуже может быть только уничтоженное Древо. Надежда Нифрейи.

Внутри все словно сковало льдом. И не только внутри, ветер хлестал по щекам. Я вновь попыталась шагнуть вперед, но меня отшвырнуло к стене. К рыдающей в голос Лидии, сцепившей руки так, что они побелели. Мужчины замкнули круг и теперь магия вплеталась в их тела. От силы, что развернулась передо мной, взметнулись за спиной волосы. Шум от молний почти заглушил речитатив заклинания.

Почему, ну почему я не маг? Сосуд... Ее светлость сказала: просто сосуд. Мне бы хоть каплю силы!

Хотя бы одну…

В груди полыхнуло жаром, в кончиках пальцев закололо, и я резко вскинула руки ладонями вверх. В тот самый миг, когда свод подземелья обрушился, погребая под камнями стражников, не успевших завершить заклинание. Пронзительно завизжала Лидия, круг полыхнул сильнее и погас. Я не успела даже выдохнуть, как в зал ворвались артанцы. Тех, кто выжил, добивали на месте, сполохи боевой магии взрезали пространство, впиваясь в тела стражников, пытающихся отползти. Мне казалось, я сплю, потому что не мог этот кошмар повториться наяву. Просто не мог.

Особенно когда в зал шагнул Мрак, и серебро, плескавшееся в его глазах, на этот раз отливало смертью.

— Спасибо, фрейлина, — жестко произнес он. — За то, что привела меня к заговорщикам.

Сердце грохотало в груди, уши заложило от взрывов и стонов. От боли, что лилась рекой и впитывалась в кожу. Куски мозаики быстро сложилась в картину. Ужасающе отвратительную картину, от которой все внутри сковало льдом. Мрак закрыл меня в покоях ее светлости, чтобы посмотреть, что я стану делать дальше. Он не мог выследить стражу княгини из-за защиты, поэтому приказал оставить меня одну. Позволил сбежать, чтобы я привела в подземелье — в укрытие стражников. И все их стоны, все предсмертные хрипы, весь этот ужас… их кровь… На моих руках.

— Предательница! — завизжала Лидия. В голосе фрейлины было столько ненависти, что я отшатнулась. — Ты выдала нас артанцам!

Мир перед глазами задрожал, покачнулся, но теперь я не была уверена, что дело в магии.

— Это не я, — хотела закричать, но с губ сорвался какой-то хрип. Горло перехватило, сдавило тисками.

Это не я. Не я.

Не я обрушила потолок.

Не я обрекла всех на смерть.

Мрак оглянулся на старшую фрейлину, и в ее глазах отразились серебристые искры. По телу Лидии прошла судорога, она выгнулась дугой и рухнула, как подкошенная. Я метнулась к ней, но артанец перехватил меня, дернул за волосы заставляя запрокинуть голову.

— Замок Норг полон сюрпризов, — хрипло произнес он. — Но я бы разочаровался, если бы это было не так.

Боль отрезвила, привела в чувство.

— Отправляйся к проклятым! — прошипела я, и охнула, когда меня встряхнули и подтянули ближе к себе.

— По закону Артана предателя и убийцу ждет смерть, — Мрак провел пальцем по моей щеке.

— Я не убийца! — Дернулась еще сильнее, рискуя остаться без волос. На глазах даже слезы выступили.

— Правда? — Мрак отшвырнул меня, скалой нависая сверху. В глазах его клубилась магия, клубилась и обжигала — смотреть в них было физически больно. — Случись им замкнуть круг земли и ветра, все в этом замке отправились бы в обитель богов.

Сердце защемило, казалось болеть сильнее оно просто не может, но болело. Мрак считал, что я должна была передать весть стражникам? Чтобы те воплотили в жизнь свой чудовищный план. Да я готова умереть за свою страну!

— Конечно же, не ты прошла тайным ходом, чтобы предупредить стражей об уничтоженном Древе и смерти старой карги? Смерть артанца — не убийство? А что насчет остальных, фрейлина?

Магией ударило наотмашь. Ударило, опрокинув навзничь, заставляя судорожно хватать ртом воздух. До тех пор, пока я не смогла приподняться: дрожащими руками опираясь о ледяной пол. Ладонь ужалило так, что я едва не вскрикнула: подо мной оказался кинжал, присыпанный каменной крошкой. Это был словно знак свыше!

Перехватив его я рывком бросилась на артанского князя, короткий замах — и запястье обожгло болью. Кинжал звякнул об пол, а в следующий миг мне больно надавили на шею. Перед глазами потемнело, и я повисла в его руках сломанной куклой.

— Я сохраню тебе жизнь, фрейлина, — холодно произнес он. Холодно, жестко и равнодушно. — За то, что привела меня сюда. За помощь надо платить.

— Подавитесь своей щедростью, — сдавленно прошептала я.

Меня с легкостью взвалили на плечо: не в силах пошевелиться, ткнулась лицом ему в спину. Перед глазами маячил пол, обагренный кровью, волосы стекали по его темным одеждам. Камни рассыпались на нашем пути, и я закрыла глаза. Лучше смотреть в темноту, чем на монстра без сердца и совести. Чем на оставшихся в подземелье навеки. Оставшихся там по моей вине.

«Предательница! Ты выдала нас артанцам!»

Крик и судорожный хрип Лидии, оборвавший ее жизнь, стали последней каплей воспоминаний. Я не обращала внимание ни на лестницы замка, по которым мы поднимались, ни артанцев, попадающихся на пути. Мы вновь оказались в покоях ее светлости, и, когда за нами сомкнулись двери, Мрак швырнул меня на постель.

— Попытаешься бежать — умрешь, — жестко произнес он.

С губ сорвался смешок, я с трудом приподнялась на локтях: похоже, возможность двигаться понемногу ко мне возвращалась.