Когда он уточнил, Рейко пережила две реакции, которые набросились на нее, как волны, пришедшие с противоположных направлений. Первой была радость, что ее сын жив, и она знала, где он. Вторым был ужас, что он был так далеко, что находился в опасности, она переживала, что с ним сделали. Ей казалось, на Масахиро могли напасть бандиты по дороге или пираты в море в то время, когда он находился под сомнительной защитой людей правителя Мацудайры, которые похитили маленького мальчика в целях достижения дальнейших политических целей своего хозяина. — Ты должен спасти его! — сказала Рейко, хватаясь за Сано.

— Это именно то, что я собираюсь делать, — сказал Сано. — Как только я снаряжу корабль, я отплываю на Эдзо.

Рейко не была удовлетворена:

— Я поеду с тобой.

Сано выглядел так, словно ожидала этого, но был тверд:

— Об этот не может быть и речи. На Эдзо имеются серьезные проблемы. Он описал нарушения коммуникаций и возможные причины:

— Это слишком опасно для тебя.

— Не больше для меня, чем для Масахиро, — сказала Рейко. Ее материнское желание быть с сыном перевешивало все опасения за собственную безопасность.

— Это трудный путь даже в лучшие времена. На севере суровые зимы, — предупредил Сано.

— Мне все равно!

— Я приведу его обратно. Поверь мне. Тебе будет лучше ждать здесь.

— Как долго? — Нетерпеливо спросила взволнованная Рейко. — Месяц? Два? Три?

— В этих условиях я не могу сказать, — признался, Сано. — Прежде чем я вернусь, я должен исправить все случилось на Эдзо, что может занять больше времени, чем поиск Масахиро.

— Я не смогу столько ждать. Я не могу просто сидеть и ждать, когда ты вернешься, — ей была невыносима мысль такого ожидания! Рейко настаивала:

— Я должна быть там. Я должен увидеть Масахиро в момент, когда вы найдете его, не позже. Кроме того, он будет нуждаться во мне.

Дочка поддержала Сано, выпустив жалобный визг. Она заметила, что родители ее игнорируют и ей это не понравилось.

— Акико нуждается в тебе, — сказал Сано. — Ты должна оставаться дома.

Как будто она знала, что ее мать хотела оставить ее, Акико начала орать снова. Рейко чувствовала вину, потому что она готова отказаться от дочери ради своего сына. Она любила их с одинаковой страстью, но у ее первенца были самые сильные претензии на ее сердце. Рейко было стыдно, но она не могла этого отрицать.

— Я позабочусь об Акико. — Мидори понимала состояние Рейко и сочувствовала ей.

Рейко помнила, что Мидори знает, что такое ждать отсутствующего мужа, не имея даже намека, когда он может вернуться. Хирата отсутствовал уже год и за это время, от него не пришло ни единой весточки. Мидори предложила освободить Рейко, так чтобы, по крайней мере, одна из них могла быть счастливой.

— Спасибо, — сказала Рейко с горячей благодарностью, а затем повернулась к Сано.

— Если я не поеду, я не смогу жить, ожидая тебя и Масахиро дома. Их взгляды встретились.

Ее взгляд говорил, что она решилась.

Он оценил ее хрупкое тело и не стал спорить, хотя был обеспокоен ее безопасностью, потому что он боялся, что ожидание может убить ее.

Он медленно, неохотно кивнул в знак согласия.

Сано потребовалось восемь дней, чтобы найти подходящее мореходное судно, привести его в Эдо, оснастить его, набрать экипаж. И вот, в яркое, не по сезону теплое утро, военное судно стояло у причала в доке на реке Сумида. Изготовлено оно было из кедра, у него было две мачты с несколькими белыми парусами, сложная сеть такелажа и знамена с Токугава с вышитыми золотом тремя листами мальвы на черном фоне. Рычащий дракон украшал нос. Палуба ощетинилась пушками. Весла торчали из-под палубы, где гребцы сидели, готовые двигать судно по реке к морю. Сыщик Марумэ руководил носильщиками, тащившими багаж по трапу. Другой личный телохранитель Сано, сыщик Фукида, смотрел вниз из вороньего гнезда на два небольших судна, которые будут перевозить войска и слуг.

Главная каюта представляла собой дом с изогнутой крышей, наподобие миниатюрного храма. Внутри нее ходила Рейко среди постельных принадлежностей и сундуков с одеждой. Она посмотрела в окно, в ожидании отплытия.

Она чувствовала себя лучше, чем последние два месяца, после исчезновения Масахиро. Она дышала пьянящим воздухом, который возродил надежду, что у нее появится аппетит и укрепятся ее мышцы. Ожидание было почти закончено. С беспокойной энергией, она с нетерпением смотрела на Сано.

Он поднялся по трапу в сопровождении человека такого странного вида, что собравшиеся возле близлежащих складов зрители указывали пальцами и смеялись. Рейко узнала в нем своего знакомого по прозвищу Крыса. Он был небольшого роста, с толстой, лохматой бородой и усами, которые были редки в Японии. На спине он нес мешок. Его дикое лицо выглядело недовольным.

— Крыса не любит Эдзо, хотя это его родная земля, — говорил он. — Поэтому я оттуда убрался. Я надеюсь, вы знаете, что я делаю вам большую услугу, плывя вместе с вами.