зияет, как в лохмотьях нагота.

Не скроет круговерть факирской флейты

недвижную угрозу немоты,

так хоть утешь, мелодию разлей ты,

сентябрь, успокоительная стынь.

ЗАКЛИНАНИЕ ГРЕХА

Тень моего греха

следует

по пятам --

Что мне улыбки!

Рассвет --

не для меня,

мадам...

Да и заката жест,

к ложу зовущий вас,

Не для меня, мадам,

не для меня,

мадам...

Сгустки матерых измен

следуют

по пятам --

Тень моего греха

не по зубам вам,

мадам...

В упряжь,

разряженных рифмами ,

смут

Впрячь не спешу

расшалившийся стих --

В омут забвенья

скорей бы нырнуть,

Боли осколок

скорей бы утих...

Боли гнездовье --

кружит воронье --

были и мы рысаками,

Взглядом Горгоны

змеится мой путь --

жизнь, превращенная в камень...

П О Р Ы В

И небеса апрельского размаха

Охватят все объятьем новизны,

Опять соседка ночью будет "ахать",

Переворачивая вдовьи сны, --

Многоквартирная многоэтажность

Убежищ тонкостенных городских

Предательски размножит и покажет

Весенних снов шальные тайники.

А выйду в поле -- буду ли я волен

Под гнетом набухающей листвы

Услышать звон далеких колоколен

Сквозь гул, которым плоть ярят волхвы?

Порывы ветра, словно бы удары

Невидимых, неслышимых сердец,

Расшатывают зимних сказок дали,

Весенней былью веют наконец.

ОСЕННИЕ БЛУЖДАНИЯ

О, кто бы поверил сейчас, что он был,

Тот август, которым дышал я на полную грудь,

Тот август, целительный, благоухающий август,

который я, в снах утопая,

Еще и сейчас иногда, словно зелья букет исцеляющий,

Пытаюсь прикладывать к ранам, зияющим бездной

Зловещих предчувствий...

О август и губы!

О август -- бокал плодородья земного,

Пригубленный в сладостном сне поцелуя --

К иссохшим устам, словно влаги спасенье, уста --

О, сладость вина буйства плоти,

О, август и губы, которым нет равных,

И тот поцелуй, тот последний, прощальный,

Что в сердце застыл замиранием слов ледяных --

"ПОЗАБУДЬ НАВСЕГДА"...

О, терпкость вина буйства плоти в предчувствии

Похмелья холодных октябрьских невзгод,

Когда с угасающей лета свечи

Последние теплые дни, словно воск обжигающий каплют,

Как слезы из глаз, не смежавшихся с ночи прощальной,

О, слезы, которые даже сочувственный бабьего лета

Ласкающий взмах утирать, утешать не пытался

Ладонями теплых...

Ладони?..

Ладони!..

О да! Я их помню,

Ладони сентябрьские -- нежности ложь на глазах у меня,

словно бельма,

И я среди собственных сердца ударов,

как средь отголосков

Того поцелуя, вводящего эхом измен и утрат

В бесплодные прошлого нетри,

Огнями обманной, напрасной надежды

Манящего в топи бесплодного "завтра"...

Блужданья...

Я помню распутье и ворох дорог,

Которые, не начинаясь нигде, никогда никуда не

Приводят...

Блужданья... Блужданья...

То были те дни, когда школьников пестрые стайки,

Подобно вздымаемой ветром феерии пестрой листвы,

Кружат по проселкам ликующим, и голоса их

Так медленно, медленно тают

в густеющем к вечеру воздухе, так же,

Как их о прошедших каникулах жалость

Уйти не спешит в отголосках звонка,

их зовущего к партам, --

Вот так же и я не спешил расставаться с умиротвореньем

Течения памяти в водовороте, густеющих к вечеру, теней

Прощания с летом... Блужданья...

А дни все короче,

Те дни, что подобны ступеням,

Теряющимся в перспективах