– Какие твари?!

– Те, что у меня кожей.

– Сама ты тварь! – крикнул Егор. – Это галлюцинации. Понимаешь?

– Если ты не дашь мне дозу, то твари съедят меня заживо.

– Я достал более качественный кокаин. Он не такой вредный для здоровья.

– Дай что угодно, только спаси меня от этого кошмара!

Егор достал кокаин, дал мне хорошую дозу, и я наконец-то почувствовала себя человеком. Голова просветлела, настроение заметно поднялось. Я посмотрела на перебинтованные руки и с дрожью в голосе произнесла:

– Егор, мне страшно. У меня начинаются галлюцинации.

– Не бойся.

– Я очень боюсь. Мне кажется, что если я останусь без наркотиков, то просто сойду с ума.

– Это я виноват: делаю слишком большие паузы между приемом наркотиков. Мне постоянно хочется, чтобы ты вымаливала у меня дозу, ползала передо мной на коленях, унижалась, целовала мои ботинки. Обещаю, больше такого не будет, а то француз испугается и сбежит от тебя. Нельзя, чтобы ты потеряла товарный вид. Я сокращу время между приемами наркотиков, и ты всегда будешь себя хорошо чувствовать. Ведь нас ждут великие дела.

– Пожалуйста, не мучай меня больше. А руки сильно порезаны?

– Пустяки! Можно сказать, что я успел вовремя. До свадьбы заживут, – неудачно попытался пошутить Егор.

– А что я скажу Шарлю?

– Ничего. Пока наденешь легкое платье с длинными рукавами. Завтра мы летим в Ниццу.

– Так быстро?

– А что тянуть? У твоего Шарля столько денег и такая влиятельная семья, что для него нет никаких преград, он сделал все буквально за один день. Знаешь, Натаха, я до седых волос дожил, а такого Шарля в природе не видел! Может, он в единственном экземпляре? Хотя я про таких много слышал. Лох урюпинский. Точнее, лох франко-урюпинский. Больной человек, в любовь верит. Прикинь!

– А ты считаешь, что в любовь верят только больные люди?

– Ну ясно дело, что не здоровые. Здоровые с головой дружат и знают, что любовь только для идиотов. Любовь – это болезнь. Значит, люди, которые в нее верят, реально больные, и у них серьезные психические отклонения.

Я находилась в состоянии «прихода» и ощущала, как по моему телу разливается приятное тепло.

– Егор, а как ты живешь без любви?

– Нормально. Не жалуюсь.

– А мне без любви очень плохо. Если бы в моей жизни была любовь, то, возможно, я смогла выбраться из того дерьма, в которое попала. Возможно, у меня бы появились силы и стимул.

– Натаха, не успокаивай себя, – засмеялся Егор. – У наркоманов нет ни сил, ни стимула. Нам с тобой уже ничего не поможет. Если только могила…

В этот момент раздался телефонный звонок, и Егор тут же снял трубку. Как только он заговорил по-английски, я сразу поняла, что позвонил Шарль, и взяла протянутую мне трубку. Шарль предложил прогуляться по берегу моря, я сослалась на плохое самочувствие и хотела было отказать, но Егор сильно пнул меня ногой прямо в живот, я взвизгнула, сказала Шарлю, что чуть было не упала на ровном месте, и согласилась.

– Не смей меня бить! – крикнула я Егору после того, как положила трубку.

– А ты не смей себя так вести и портить все дело! Нас ждут большие деньги!

Надев легкое платье с длинными рукавами, я наклонилась к Егору и тихо спросила:

– Егор, а ты меня когда-нибудь отпустишь и дашь возможность вернуться к прежней жизни?

– Забудь об этом. Ты никогда не вернешься к прошлому.

– Почему?

– Наркоманы не возвращаются в прошлую жизнь.

– Что я должна сделать для того, чтобы ты и твои сообщники уничтожили запись, на которой я признаюсь в убийстве Игоря? Чтобы ты отпустил меня на все четыре стороны и дал мне право на собственную жизнь?

Лицо Егора моментально стало сосредоточенным и задумчивым.

– Ты действительно этого хочешь?

– Хочу.

Я кивнула и не могла не заметить, что глаза Егора сузились и стали хитрыми.

– Я не сомневаюсь, что ты можешь обойтись без меня, но что ты можешь обойтись без кокаина – нет. Я – это кокаин. Не будет меня – не будет кокаина. Ты не только порежешь себе руки в поисках непонятных тварей. Ты вскроешь себе вены. Ты не сможешь без кокса. И если не будет меня, то уже никто не сможет тебе помочь. НИКТО.

– Ты не ответил на мой вопрос. С наркотиками я разберусь. Не уходи от ответа. Это возможно?

– Это возможно.

– Что я должна для этого сделать?

– Выйти замуж за француза, заключив брачный договор, согласно которому в случае развода он отдает тебе свою виллу в Ницце и долю в родительском бизнесе. Одним словом, ты должна уговорить Шарля составить брачный договор так, чтобы все, что у него есть, он переписал на тебя. Вы разводитесь, ты получаешь свой кусок пирога, переписываешь его на меня, я и мои сообщники уничтожаем видеозапись с твоим признанием в смерти Игоря и расходимся с миром.