— Подойду для МТV?

— Пока что нет, — рассмеялся я.

— Я вот что хочу сказать. Нужно полностью посвятить себя непрерывному самопознанию. Только так, насколько я знаю, и можно обрести все, что даровано тебе в этой жизни. Как однажды сказал Эрих Фромм: «Главная задача человека — породить самого себя, стать тем, кем ты потенциально являешься». Если ты сможешь сделать это, действительность станет открываться тебе прекраснейшими своими сторонами. В этом нет сомнения. Кстати, отец твой с большой теплотой рассказывал мне о тебе, так что я кое-что знаю.

— Что, например?

— Знаю, что в детстве ты любил купаться в реке. Знаю, что в юности у тебя были возвышенные мечты. Еще знаю, что ты любишь шоколад, — добавил он и вынул из кармана шоколадный батончик. — На, попробуй, — предложил он.

— На вкус горько-сладкий, — сказал я, продолжая вместе с отцом Майком прохаживаться по собору.

— Точь-в-точь как сама жизнь. Ведь в жизни, Джек, есть свои взлеты и падения. В большинстве своем мы полностью подчинены этим законам жизни. Когда дела складываются удачно, мы счастливы. Когда плохо — мы печалимся. Так относиться к жизни — это путь для слабых. В этом случае ты начинаешь напоминать деревяшку, которой играет прибой. Ты движешься в зависимости от того, куда гонит тебя течение: сейчас тебя несет в одну сторону, а через секунду — уже в другую. Гораздо мудрее было бы отказаться от оценочных суждений, перестать навешивать собственные ярлыки на то, что предлагает тебе жизнь. Нужно просто принимать все без сопротивления. Следующий шаг, который тебе предстоит сделать, — это понять, что жизнь — всего лишь школа взросления, и все, что с тобой происходит, прекрасно.

— Все? Трудно согласиться с тем, что смерть любимого человека или потеря друга, которым ты очень дорожил, — это прекрасные вещи.

— Плохими или хорошими вещи делает лишь ограниченность нашего человеческого мышления, — отвечал мне отец Майк. — Происходящее в нашей жизни по своей природе не может быть плохим или хорошим — оно просто есть. Но в силу своей человеческой склонности всем управлять и все контролировать мы сразу же навешиваем свои ярлыки.

— Хорошо это или плохо, — подсказал я.

— Да. Но если ты глубоко разберешься в том, как устроен мир, то увидишь, что в нем нет плохих или хороших вещей. Все, что происходит с тобой, — это твоя возможность, твой шанс вырасти над собой или исцелить в себе то, что нуждается в исцелении. Мудрые люди это понимают и используют эти шансы, чтобы полностью раскрыть в себе то, что является их сутью. Поэтому я и называю жизнь «школой роста».

Я задумался над этой мыслью, не решаясь ее окончательно принять. Неужели наша жизнь предназначена именно для этой цели?

— Выходя ежедневно в мир, ты как бы идешь в школу, — продолжал отец Майк. — Как и в обычной школе, здесь есть программа и расписание занятий, различные предметы и уроки. Когда выучишь один предмет, усвоив его урок, ты переходишь к следующему.

— А если урок не усвоен?

— Ну, тогда нужно еще раз проходить курс, — серьезно ответил отец Майк. — Это называется возвращением к пройденному. Всему, что врывается в твою жизнь, предназначено преподать тебе урок, который тебе необходим для того, чтобы подняться к следующему уровню своего бытия. Когда ученик готов, появляется учитель.

— Кэл уже говорил об этом, — сказал я тихим голосом, снова ощутив печаль о потере отца, которого мне довелось знать такое краткое время.

— Потому что раньше он слышал это от меня, — с улыбкой ответил отец Майк. — В любом случае, если ты осознаешь этот процесс и увидишь возможность усваивать урок в любой ситуации, ты сможешь продвигаться далее, к новому предмету. А переходя от старого к новому, ты уходишь от своей старой жизни. Здесь срабатывает такой интересный закон: когда ты усвоил урок, та ситуация или человек, в форме которых этот урок тебе был преподан, никогда уже в твоей жизни не повторяются. Мы как бы сбрасываем старую кожу каждый раз, когда постигаем новый урок, сдаем новый предмет и идем дальше, в направлении новых, лучших путей нашей жизни.

— Хорошо задумано, если все это так, — тихо ответил я.

— Да, действительно. Но если ты не принимаешь тех уроков, которые несет в себе то, что с тобой происходит, а, скажем, обвиняешь в своих неприятностях другого, если не хочешь или не умеешь видеть той мудрости, которую тебе предстоит познать, — ситуации будут снова и снова повторяться, пока наконец ты не поймешь сути урока. И чем больше ты игнорируешь те уроки, которые тебе предлагаются, тем с каждым разом больнее будут становиться обстоятельства, которые будут вновь и вновь нести тебе этот урок, — пока твои страдания не станут настолько невыносимыми, что у тебя не останется другого выбора, как только постичь смысл урока.

— Замечательно! Значит, мир устроен намного интереснее, чем я раньше мог представить, — воскликнул я взволнованно, чувствуя прилив радости открытия необычной жизненной философии.

— Да, Джек. Это правда. Я не устаю удивляться естественным законам, которые правят всем. Так вот что я хочу тебе этим сказать: твоя реальность — это не что иное, как полное отражение тех уроков, которые тебе необходимо постичь.

— Какое могущественное утверждение, отец Майк! Фактически, даже революционное!