Я снова выстрелил. Пистолет выплюнул плоскостной диск, и еще один из гвардейцев умер. Беззвучно – диск вошел ему в лицо.

Но следующего выстрела не последовало. Обойма кончилась, пистолет превратился в бесполезный кусок металла. Перезаряжать его не было времени.

Правой рукой я выхватил из-за спины меч. Попытался достать второй – и не смог. Боль в раненом плече была несильной, но комбинезон все еще сковывал движения.

Следующие секунды превратились в калейдоскоп сменяющих друг друга ударов и обманных движений. Я отступал под слаженным напором четырех вооруженных профессионалов.

Наверное, лишь растерянность от гибели товарищей помешала им прикончить меня в первые же секунды боя. Простейшим приемом мне удалось обрубить меч особенно рьяно нападавшему гвардейцу и слегка задеть кисть другому. Но даже это не вывело их из строя полностью. Вскоре я уже прижимался спиной к стене, отчаянно парируя удары.

Помощь пришла неожиданно. Оттеснив меня от принцессы и Дилы, гвардейцы, похоже, забыли об их существовании. И зря.

Подхватив с пола меч одного из убитых, принцесса атаковала гвардейцев с тыла. Первый же удар оказался гибельным для раненного мной гвардейца. Каким-то уголком сознания я заметил, что принцесса ударила его нарочито незаточенным мечом, достаточно острым, чтобы рассечь комбинезон, но слишком толстым, чтобы рассеченные ткани могли срастись. Воспользовавшись секундным замешательством, я прикончил еще двоих, используя такой же затупленный меч. Последнему, пытавшемуся ретироваться, принцесса метнула в спину выпавший из моей раны кинжал. Заплетающимся шагом, с торчащей между лопаток рукоятью ножа, гвардеец выбежал или, вернее, проковылял в дверь.

Дила сжалась в комочек, закрывая лицо руками. Среди изуродованных, неподвижных тел слабо стонали двое или трое раненых. Мы с принцессой молча смотрели друг на друга. В ярко-оранжевом комбинезоне, с плоскостным мечом в руках, принцесса ничем не походила на недавнюю девушку в длинном бальном платье. Впрочем, на девчонку из ночного парка она походила еще меньше.

– Как ты смог их всех убить? – спросила наконец принцесса.

– Пистолет стреляет плоскостными дисками.

– Я не слышала о таком оружии.

– Это мое… изобретение.

– В тебя действительно стоило влюбиться. – На губах принцессы вдруг дрогнула знакомая улыбка. Словно не было вокруг мертвых врагов, словно не могли вот-вот появиться живые. – Как твоя рука?

В плече тлела ноющая боль. Но мышцы двигались, я снова владел левой рукой.

– Не время думать о ней, принцесса.

– Ты прав. Куда мы должны выбираться?

– На взлетные полосы.

В синих глазах мелькнуло удивление.

– Поле продолжает действовать, мы не сможем взлететь.

– Я знаю.

– Хорошо. – Принцесса пожала плечами. И произнесла, обращаясь уже явно не ко мне: – Всем, кто предан Тару. Всем, кто… – она запнулась, но продолжила: – остался верен императору. Я ухожу из дворца с земным лордом, моим законным женихом. Все, кто может помочь нам, – помогите. Речевой коммуникатор – самоуничтожение.

Под самым потолком вспыхнула и рассыпалась часть деревянной панели.

– Слуги сделают все, что в их силах, – пояснила принцесса. – Но вызвать их снова я не смогу. Командный коммутатор был настроен на мой голос, нас могли выследить с пульта, пришлось его уничтожить. Идите за мной, лорд.

Мы прошли мимо плачущей Дилы, и принцесса отрывисто сказала:

– Приказ относится и к тебе. Добей раненых и задержи тех, кто придет следом.

Словно бы извиняясь, она добавила:

– Ей редко доводилось видеть смерть. Но она предана только мне и умеет убивать. Шоррэй пожалеет, что оставил живыми моих слуг.

У меня заныло в груди. Нельзя так посылать на смерть людей. Никому не дано такого права.

Даже принцессе.

Она что-то сделала с одним из факелов, открыв еще одну потайную дверь. Пояснила:

– Это самый короткий и безопасный путь. Можешь бежать?

Я кивнул. И мы побежали по коридорам, неотличимо одинаковым, все с теми же фальшивыми факелами. На ходу я перезарядил пистолет второй и последней обоймой. Следовало изготовить больше маленьких дисков, но кто мог знать, что они окажутся столь эффективными…

Принцесса бежала так, словно ей вовсе не мешал плоскостной меч в руках. Повесить его на пояс без ножен было невозможно.

– Тебя шокировал мой приказ? – неожиданно спросила принцесса.

– Да, – коротко ответил я. Появился заметный уклон вниз, бежать стало легче.

– Сражаться за меня – их долг, – твердо сказала принцесса. – Не ты один готов рискнуть жизнью. Знаешь, у нас есть пословица…

– Знаю, – резко оборвал я. – Принцесса стоит смерти.

– Ты не согласен с этим?

– Нет, – неожиданно для самого себя ответил я. – Конечно же нет.

Мы не сговариваясь остановились. Принцесса тихо спросила:

– Так почему же ты здесь, лорд? Почему ты пришел?