Фрейлины играли важную роль в дворцовой жизни, поскольку Елизавете нравилось окружать себя большой свитой. Даже когда она была еще царевной, у нее был собственный личный двор, хотя тогда Елизавета не могла давать приемов, поскольку сама должна была прислуживать Анне Иоанновне. При дворе царевны было два квартирмейстера, шталмейстер, девять камеристок, четыре гувернантки (или «мадам»), одна из которых руководила камеристками, два человека, что готовили ей кофе, девять музыкантов, дюжина певцов и множество лакеев. Когда Елизавета стала императрицей, ее свита, конечно, увеличилась — у нее было уже шесть камер-юнкеров и семь-восемь камергеров. Ее обер-церемониймейстером был Франсуа де Симон из Пьемонта, который после неудавшегося заговора в Париже бежал в Россию и стал церемониймейстером Екатерины I, после ее смерти в кандалах был отправлен с прочими опальными лицами в Сибирь и провел там несколько лет в неотапливаемой лачуге, где питался лишь разведенной в воде мукой. Но позднее его вернули, и он руководил слугами при дворе Елизаветы.

У каждого при дворе был свой ранг, все ранги отражались в табели о рангах. Определенному рангу в армии соответствовал определенный ранг в военно-морском флоте и на гражданской службе. Дворянское звание можно было получить как по рождению, так и заслужив его на государственной службе. Все дворяне считались равными; их отличала только подчиненность по службе. Таким образом, обычный солдат самого жалкого происхождения, если он вырос до высокого ранга в армии, на флоте или на гражданской службе, мог получить преимущественное положение по отношению ко всем князьям, графам и баронам, если они занимали более низкие посты. Служба в любом учреждении, даже невысокого уровня, ни в коем случае не умаляла дворянского звания человека, который там служил, — в то время как любой простолюдин, достигший определенного ранга, становился дворянином и передавал свое дворянское звание своим потомкам. Самые высокие ранги располагались в следующем порядке:

Армия — Флот — Гражданские

Класс 1: Генерал-фельдмаршал — Генерал-адмирал — Канцлер, действительный тайный советник 1-го класса

Класс 2: Генерал от инфантерии — Адмирал — Действительный тайный советник

Класс 3: Генерал-лейтенант — Вице-адмирал — Тайный советник

Класс 4: Генерал-майор — Шаутбенахт — Действительный статский советник

Класс 5: Бригадир — Капитан-командор — Статский советник

Примечание. Чины приводятся в соответствии с уложением от 1722 года. 

Порядок старшинства зависел от даты присвоения ранга (кроме первых двух классов). Самые молодые армейские и морские офицеры имели преимущества по отношению к самым старым гражданским служащим каждого класса — что делалось, чтобы сохранить верховенство военных сил. Самыми нижними были звания прапорщика и коллежского регистратора, относившиеся к 14-му, самому низшему классу. Каждый класс имел определенные обязанности в официальных церемониях. Например, на свадьбу Екатерины и великого князя представители первых двух классов должны были приезжать в карете, сопровождаемой двумя слугами и не менее чем восемью лакеями — и даже большим числом, если позволяли средства. Собственный экипаж Елизаветы, который мать Екатерины II называла «настоящим маленьким замком», тянули восемь лошадей, которых вели под уздцы грумы. Позади кареты шли два пажа, держась за карету одной рукой. Напротив дверцы шли шесть негров и двенадцать слуг. Справа ехали верхом два генерал-адъютанта, слева — конюший. Позади ехала конная гвардия, ее возглавлял лейтенант с саблей, которая покоилась на седельной луке.

Помимо военных и административных градаций, была установлена также градация для придворных. Каждый, кто служил императрице или при императорских дворцах, имел свой пост в соответствии с уже упомянутой табелью о рангах. По ней во 2-м классе состоял обер-маршал двора, в 3-м — обер-шталмейстер, в 4-м — обер-камергер, в 5-м — камер-юнкер и церемониймейстер. Ранги охватывали всех, кто работал при дворе; конюший, обер-егермейстер и первый лейб-медик императрицы состояли в 6-м классе, лейб-медик в 7-м, надворный интендант в 8-м, надворный церемониймейстер и обер-кухенмейстер в 9-м. И так — до самого низа, до 14-го класса, к которому относились гофмейстер пажей, антиквары, казначеи и аудитор, квартирмейстер двора, аптекарь, консьерж и оружейник, кухенмейстеры и придворные цирюльники.

Теперь обратимся к фрейлинам. Они тоже попали в табель о рангах. Елизавета поместила их в 1-й класс, так что каждая фрейлина была равна фельдмаршалу и имела в церемониях те же привилегии, что и он. Камеристки не получали жалованья, хотя императрица часто дарила им ценные подарки. На груди они носили портреты своей повелительницы — это был любимый способ Елизаветы выказать свою милость. Императрица часто дарила свои украшенные бриллиантами миниатюрные портреты своим послам и фаворитам. Фрейлины же получали жалованье в шестьсот рублей вдобавок к тому, что за счет двора оплачивались их одежда, пища и предоставлялось жилье во дворце. В случае, если фрейлины выходили замуж не за дворянина, им оставлялось дворянское звание; Елизавета давала им приданое в шесть тысяч рублей. Вечером перед свадьбой, чтобы они не ели слишком много, их ужин подавался в спальню императрицы, в то время как будущий муж ужинал в компании мужчин. На следующий день новобрачные обычно приходили к императрице, чтобы поблагодарить ее за подарки, в этот день обычно проходил бал при дворе.

Помимо камеристок и фрейлин, при императрице служило множество других женщин из всех слоев общества. У этих дам не было ранга или каких-то особых отличий, но, как свидетельствуют воспоминания, они отличались редким высокомерием. Императрица давала им жалованье в четыреста рублей, брала на себя расходы на еду и проживание, а также предоставляла платья из своего собственного гардероба.

Иногда причуды императрицы бывали для придворных дам весьма неприятными. Однажды она внезапно приказала всем дамам постричься наголо. Дамы рыдали, но вынуждены были повиноваться. Затем императрица послала им всем черные, дурно сделанные парики, которые дамам предписывалось носить до тех пор, пока не отрастут волосы. Чтобы они не чувствовали себя в одиночестве, Елизавета повелела, чтобы городские дамы, прибывая во дворец, тоже надевали черные парики. Дамы выглядели при этом ужасно, поскольку их собственные отрастающие волосы поднимали парики вверх. Императрица объяснила свой поступок тем, что однажды в праздник она захотела появиться в напудренном парике, но потом обнаружила, что не может отмыть от пудры волосы; тогда она решила покрасить волосы в черный цвет, но пудра так и осталась заметной.

Впрочем, с другой стороны, остриженные наголо головы дали возможность дамам передохнуть от сложной работы по изготовлению замысловатых причесок по моде того времени. В 1744 году в моду вошел особенно вычурный стиль. Напудренные волосы оставлялись незавитыми, их зачесывали так, чтобы прикрыть голову, но открыть уши. Начинавшиеся над ушами завитые локоны свисали вниз, к щеке спускалась тонкая прядь, которую прикрепляли к ямочкам маленькой порцией клея. Четыре крупных локона собирали в шиньон на затылке. Кроме того, очень широкая лента обхватывала голову на дюйм выше лба; лента завязывалась узлами выше ушей, из этих узлов кончики ленты свешивались вниз вдоль шеи. В узлах по обеим сторонам головы крепко приклеивали цветы высотой 3 — 4 дюйма; более мелкие цветы крепились к кольцам и свисали вниз кругами до середины щеки. Вниз по шее шли еще ленты, некоторые из них доходили до талии. В целом для этой чудовищной прически использовалось около двадцати футов лент.