UR.ANUS
Стихотворения. Поэмы. Проза
вернуться

Гейне Генрих
Шрифт:

«Как Мерлин, я обречен…»

Перевод О. Чюминой

Как Мерлин{50}, я обречен В жертву чарам; я прикован, И в кругу, что заколдован, Я вращаться осужден. От красавицы нет мочи Оторваться мне: лежу Я у ног ее, гляжу По часам любовно в очи. Словно сон, бегут недели, Дни, часы… Ее слова Понимаю еле-еле, Сознаю свои едва. Иногда прикосновенье Уст ее к устам моим Мнится мне, — и в те мгновенья Я в душе огнем палим.

«Люблю я эту бледность тела…»

Перевод В. Коломийцева

Люблю я эту бледность тела — Покров души изящной, очи Огромные и эти кудри Вокруг чела, как крылья ночи! Жену как раз такого сорта Искал я долго повсеместно; Я тоже оценен тобою, И это мне, конечно, лестно. Найдя во мне, чего хотелось Тебе самой, ты щедро станешь Меня лобзаньями счастливить, — Потом, как водится, обманешь.

На чужбине

«Из края в край твой путь лежит…»

Перевод М. Михайлова

Из края в край твой путь лежит; Идешь ты — рад не рад. По ветру нежный зов звучит — И ты взглянул назад. Твоя любовь в стране родной; Манит, зовет она: «Вернись домой! Побудь со мной! Ты радость мне одна». Но путь ведет все в даль и тьму. И остановки нет… Что так любил — навек к тому Запал возвратный след.

«Сегодня ты такой печальный…»

Перевод М. Лозинского

Сегодня ты такой печальный, Каким уж не был много дней! Щека блестит росой хрустальной, И вздохи сердца все слышней. Иль вспомнил родину в далеком, В туманно-призрачном былом? Ведь ты бы рад был ненароком Побыть в отечестве своем. Иль вспомнил даму, что так мило Бывала гневною подчас? Сердился ты — ей грустно было, Потом смеялись всякий раз. Иль вспомнил тех, что обнимали Тебя, как друга, в страшный миг? В груди желанья бушевали, Но оставался нем язык. Иль вспомнил мать, сестру родную? Спугнуть их образ не спеши! Мой милый, дрогнула, я чую, Решимость дикая души. Иль вспомнил щебет птиц и сени Густого сада, где вкушал Блаженство юных сновидений, Где ты робел, где ты мечтал? Уж поздно. Дали серебрятся Сквозь мокрый снег белесой мглой. Однако время одеваться И ехать в гости. Боже мой!

«И я когда-то знал край родимый…»

Перевод М. Михайлова

И я когда-то знал край родимый… Как светел он! Там рощи шумны, фиалки сини… То был лишь сон! Я слышал звуки родного слова Со всех сторон… Уста родные «люблю» шептали… То был лишь сон!

Трагедия

Перевод В. Левика

I
Бежим! Ты будешь мне женой! Мы отдохнем в краю чужом. В моей любви ты обретешь И родину, и отчий дом. А не пойдешь — я здесь умру, И ты останешься одна, И будет отчий дом чужим, Как чужедальная страна.
II

(Это подлинная народная песня{51}, и я слышал ее на Рейне.)

Дохнула стужей весенняя ночь, Дохнула на голубые цветы, Они увяли, опали. Веселый парень подружку любил, Ни матери, ни отцу не сказал, — Тайком увез дорогую. Их горькая доля по свету гнала, Их злая мачеха-жизнь извела, Нужда иссушила, сгубила.
III
И липа цветет над их могилой, И свищет птица да ветер унылый, А под шатром зеленых ветвей Печалится мельник с милой своей. И птица так нежно и грустно щебечет, А ветер так тихо и странно лепечет, — Любовники молча внемлют ему И плачут — и все не поймут почему.

РОМАНСЫ

Женщина

Перевод М. Михайлова

Любовь их была глубока и сильна: Мошенник был он, потаскушка она. Когда молодцу сплутовать удавалось, Кидалась она на кровать — и смеялась. И шумно и буйно летели их дни; По темным ночам целовались они. В тюрьму угодил он. Она не прощалась; Глядела, как взяли дружка, и смеялась. Послал он сказать ей: «Зашла бы ко мне! С ума ты нейдешь наяву и во сне; Душа у меня по тебе стосковалась!» Качала она головой — и смеялась. Чем свет его вешать на площадь вели; А в семь его сняли — в могилу снесли… А в восемь она, как ни в чем не бывало, Вино попивая с другим, хохотала.