Сохранилось несколько автографов королевы Анны. Обычно она подписывалась по-латыни: «Annae Reginae» или «Annae matris Philippi Regis» («Анна, мать короля Филиппа»), но есть и одна подпись кириллицей: «AHA РЪИНА», то есть «Анна регина» (королева).

В 1060 г. умирает король Генрих I и на престол всходит его старший сын. Новому королю, Филиппу I всего 10 лет, и за него правят опекуны, впрочем, на королевских указах стоит и имя его матери.

Еще при жизни мужа Анна основала аббатство св. Винцента (Ви-кентия) в Санли (Senlis), под Парижем, а папа Николай II в 1059 г. в послании к Анне хвалил ее: «Слух о ваших добродетелях, восхитительная дева, дошел до наших ушей, и с великой радостью слышим мы, что вы выполняете в этом очень христианском государстве свои королевские обязанности с похвальным рвением и замечательным умом».

Резиденцией вдовствующей королевы становится укрепленный замок аббатства Санли. Но вот в 1062 г. Анна Ярославна вторично выходит замуж за богатейшего графа Рауля де Крепи и Валуа. Оный граф длительное время воевал с Генрихом I, но, что гораздо хуже, был уже женат. Реймский архиепископ Жерве (Гервазий) срочно сигнализировал папе Александру II: «В королевстве нашем — немалая смута: наша королева вышла замуж за графа Рудольфа, что чрезвычайно огорчает нашего короля и более, чем стоило бы, беспокоит его опекунов». Брошенная графом жена Алиенора тоже нажаловалась Папе.

В итоге Александр II объявил брак незаконным, граф отказался подчиниться, и тогда римский понтифик предал Рауля и Анну анафеме!

Супруги игнорировали отлучение от церкви, наслаждались жизнью и плодили детей. Кстати, французская знать и ранее игнорировала римских пап. Так, например, отец Генриха I король Робер II (Роберт II) развелся с первой женой Сусанной, чтобы жениться на Берте — своей троюродной сестре. Злобный папа Григорий V объявил этот брак недействительным. Однако Робер не пожелал расстаться с Бертой, и Папа в 998 г. отлучил его от церкви. Но король долгое время оставался верен жене и защищал ее от Папы и французского духовенства. Он не обращал внимания на отлучение от церкви и на наложенное на него церковное наказание. И только после преждевременных родов жены король с ней развелся и вскоре женился на дочери графа Тулузского Констанции. Вначале Констанция вполне удовлетворяла короля, но через несколько месяцев Робер вспомнил и о Берте и стал открыто жить с двумя женами сразу.

Ну, а Анне, которая хорошо знала историю раскола церквей в 1054 г., было вообще плевать на всех римских пап, так как они прокляли не только ее, но и Константинопольского патриарха. Возможно, реакцией Анны на анафему папы Александра II и стала ее подпись «AHA РЪИНА», сделанная в 1063 г.

Любопытно, что Симон — сын Анны от Рауля — пошел в монахи, совершил паломничество в Палестину, умер в Риме в 1080 г. и был причислен клику католических святых. Это, наверное, единственный случай в истории, когда дед стал православным святым, дочь отлучена от церкви, а внук попал в католические святые.

В 1074 г. граф Рауль умер, и Анна на короткое время возвращается ко двору сына Филиппа. Последняя грамота, подписанная ею, датируется 1075 годом.

Где окончила свой жизненный путь Анна — неизвестно. Согласно Хронике монастыря Флёри (XII век), после смерти графа Рауля королева Анна вернулась на родину. По другой версии она была похоронена в монастыре св. Винцента в Санли, так как из-за брака с Раулем Анна утратила право быть погребенной в королевской усыпальнице в парижском аббатстве Св. Дионисия (Сен-Дени).

В подтверждение первой версии обычно приводят письмо, отправленное Анной в Киев к отцу: «В какую варварскую страну ты меня послал, здесь жилища мрачны, церкви безобразны и нравы ужасны». Увы, это письмо — подделка, хотя и не далекая от истины.

На мой взгляд, обе версии равновероятны. В любом случае участь Анны Ярославны была печальна. Во Франции ей не простили второго брака, а на Руси давно умер отец и шла беспрерывная усобица между ее братьями.

После 1075 г. французы на четыре с лишним века забыли о самом существовании Руси. Точнее, какие-то слухи просачивались через поляков. Поляки же с санкции римских пап, начиная с XIV века, не только вели экономическую и культурную блокаду Руси, но и старательно дезинформировали западных европейцев о делах в Восточной Европе. Так, поляки утверждали, что русские — это какое-то племя полудиких схизматиков, находящееся в подданстве великого князя Литовского.

В такой ситуации ни торговых, ни иных связей между Русью и Францией просто физически не могло быть. Но вот в 1519 г. государь всея Руси Василий III впервые в истории отправил грамоту французскому королю: «Наияснейшему и светлейшему великому королю галлийскому. Присылал к нам Альбрехт, маркграф бранденбургский, высокий магистр, князь прусский, бил челом о том, чтоб мы изъявили тебе, как мы его жалуем. И мы даем тебе знать об этом нашею грамотою, что мы магистра жалуем, за него и за его землю стоим и вперед его жаловать хотим, за него и за его землю хотим стоять и оборонять его от недруга, Сигизмунда, короля польского; а которые прусские земли, города наш недруг Сигизмунд король держит за собой неправдою, мы хотим, чтоб дал бог нашим жалованьем и нашею помощию те города были за прусским магистром по старине. Объявил нам также высокий магистр прусский, что предки твои тот чин (орден) великим жалованьем жаловали; и ты б теперь, вспомнив своих предков жалованье, магистра жаловал, за него и за его землю против нашего недруга Сигизмунда короля стоял и оборонял с нами заодно» [2] .