26 июля

Вышли уже четыре бабочки. Они очень красивы. Блестяще-рыжеватые с зеленовато-коричневым оттенком, со слюдяными круглыми окошечками на крыльях.

27 июля.

Бабочки сидят в большой коробке, которую я истыкал шилом, чтобы они дышать могли. На стенах бабочки отложили много яичек. Сегодня я унесу в школу коробку с шелкопрядами.

Это первые бабочки, вышедшие из гусениц, питавшихся листьями березы.

Как уже было сказано, все давно забыли гусениц, выброшенных Женей Ожеговым за окно. А шелкопряды сами напомнили о себе. И как напомнили!

Рядом с Женей жил один аспирант, который несколько лет подряд писал безуспешно какую-то диссертацию. Бывают такие незадачливые ученые, которые выбирают тему для своей диссертации, не думая о том, какую пользу она принесет людям. Этот аспирант однажды сидел за письменным столом до поздней ночи и сочинял новую главу своей монографии. Во всей округе была освещена одна его комната. И вот вышедшая из Кокона бабочка полетела на свет его окна.

Она впорхнула в распахнутые створки и закружилась, забилась вокруг настольной лампы.

Хозяин комнаты вначале растерялся, а потом, увидев, как оригинально расцвечена бабочка, начал ее ловить, гоняться по всей комнате.

Когда бабочка вылетела в окно, он побежал за ней на улицу. И увидел еще несколько бабочек. С фонарем и сачком в руках он носился с удивительной быстротой по двору и саду, выкрикивая:

— Чудесные создания природы! Открыт новый вид насекомых в Кировской области!

Вот поймана одна бабочка, вторая, третья. Они уже в садке — напрасно стараются из него вылезти.

А Женя Ожегов преспокойно спал в своей кровати и видел сны. Соседи же, разбуженные неистовыми криками «ученого», застыли у своих окон.

Богобоязненная старушка крестилась и сокрушенно шамкала:

— Уж не спрыснуть ли его святой водицей? Говорят, что водица-то от бесовой силы помогает.

А тот продолжал бегать и подпрыгивать, ловко работая сачком и размахивая фонарем.

— Я назову новый вид бабочки своей фамилией! — кричал он. — Успех диссертации обеспечен.

Старушка, дрожа от ночной прохлады, крестилась и все сокрушалась:

— Ах, батюшки, как его нечиста-то сила носит — и по цветам и по кустам! Какую-то все насекомую ловит. Видно, это бес ее сюда послал… Помоги ему, царица небесная, наша заступница, исцели его…

После окончания ловли счастливец просидел всю ночь: листал определитель насекомых по отряду ночных бабочек. Он улыбался и вслух выражал свою радость:

— Десять лет безуспешной работы, и вдруг счастливая случайность компенсировала все мои труды!

Утром жена нашла его спящим в кресле. Он навалился грудью на стол, обхватил руками садок с бабочками, толстую книгу и чернильный прибор. Голова его склонилась на плечо, по лицу разлилась блаженная улыбка…

Через некоторое время аспирант пришел к нам в кружок юннатов. Он держал в руках номер «Кировской правды» и растерянно смотрел на нас. В газете было напечатано коротенькое сообщение о нашей работе с дубовым шелкопрядом. Успокоившись, он осмотрел наши коллекции, коконы, гусеницы, корм, на котором мы их выкармливали.

Рассматривая живых бабочек, он качал головой и уныло говорил:

— Точь-в-точь мои…

Этим же летом трое юннатов получили второе поколение шелкопряда. Бабочки отложили яички, а сами умерли. Из яичек через двенадцать дней вышли червячки (или гусеницы первого возраста). Новые червячки уже не испытывали голода. Юннаты старательно их кормили. Каждый день приносили букеты из свежих березовых веток и ставили их в бутылки с водой. Гусеницы ползали по букетам и поедали листья.

Юные шелководы радовались второму поколению шелкопряда. Но радость их была непродолжительной. Наступил сентябрь, дни становились короче, а ночи холоднее. Листья на деревьях, начали желтеть, приближался листопад… И хотя времени для завивки коконов оставалось совсем мало, положение становилось критическим — ведь гусеницу не поторопишь: она соблюдает свои сроки, ей нет заботы, что листья опадают, что корм исчезает.

Как же быть? Мы собрались, чтобы обсудить создавшееся положение. После долгих споров решили, что выход один: надо отыскать такие съедобные листья, которые опадают намного позже березовых.