UR.ANUS
Собрание сочинений. Т. 5
вернуться

Чёрный Саша
Шрифт:
* * *
Входит мама. Села рядом. Замурлыкала романс И, окинув марки взглядом, Мастерит из них пасьянс. Дверь поет. Подходит папа: «Юра, друг мой, а урок?» Мальчик книжку взял из шкапа И уселся в уголок. «Птичка, бур-бур-бур, не знает Ни заботы, ни труда…» Папа марки разбирает: Те — туда, а те — сюда. Синеглазый хитрый мальчик Притаился и глядит, Улыбается в пенальчик, Сам с собою говорит: «Да, уроки… Тоже комик… Знаем этих мам и пап,— Заведут себе альбомик И готово, — цап-царап!» <1925>

ЩУКА *

С Александром Куприным (Знаменитым рыболовом!) По пруду скользим, как дым, Под наметом тополевым. Я вздымаюсь на носу И веслом каскады рою, Он, зажав в руке лесу, На корме сидит с блесною. Сердце, — бешеный комок,— Отбивает: щука-щука! Оплываем островок, На корме, увы, ни звука… Только ивы шелестят, Запрокинув в воду шапки, Только кролики глядят, В изумленье встав на лапки. Вдруг, взглянув из-за плеча, Я застыл и крякнул… Ловко! Александр Куприн, рыча, Из воды сучит бечевку… Кровожадные глаза Полны трепетного мрака: — Напоролась, егоза! Не уйдешь… Шалишь, собака! — Тянет, тянет. Не легко. Пузырем вскипает влага: Распластавшись глубоко, На крючке висит… коряга. 1924

НАДПИСЬ НА КНИЖКЕ, ПОДАРЕННОЙ ОДНОЙ ЗНАКОМОЙ ДЕВОЧКЕ *

В день Вашего рождения Дарю Вам сие произведение. Когда Вы будете, моя дорогая, Совершенно большая — И будете иметь своего мальчишку,— Можете подарить ему эту книжку. Поэтому не мажьте ее ни маслом, ни вишневым соком И раскрывайте всегда прямо, а не боком. Целую Вас в носик, в глазки, в правую щечку, Желаю Вам десять пудов счастья — и ставлю точку. <1925>

ПОЭТЕССА *

Я люблю стихи ужасно… Сяду с книжкой на крыльце: Строчки катятся согласно, Рифмы щелкают в конце,— Словно умный соловей На тенистом деревце Распевает средь ветвей. Только тот стихов не любит Ни печальных, ни смешных, Кто, как мясо, строчки рубит И не ставит запятых… Зубрит, зубрит свой урок И, не слыша слов живых, Знай вздыхает, как сурок. Посмотри, цветы сквозные Распускаются в садах. Это все стихи цветные, Божьи рифмы на кустах! Вот веселый барбарис В мелких желтеньких стишках, Вот сирень — поэт-маркиз… Ну, а птицы, — ты послушай! Пусть без слов, но от души Над расцветшей старой грушей Не стихи ль звенят в тиши? Как хрустальный водопад, В зеленеющей глуши Плавно льется мерный лад… Не задумавшись над темой, Вздув волнистые бока, В небе белою поэмой Проплывают облака… И ручей, нырнув в лесок, В тесной раме бережка Распевает свой стишок. Даже бедный лягушонок Что-то квакает в пруду… Неужели я, ребенок, Слов согласных не найду? Даже сны мои — стихи: Звезды, феи, какаду И во фраках петухи… Завела себе тетрадку И решила наконец,— Засушила в ней я мятку, Надписала: «Мой дворец». Утром спрячусь и сижу, А потом на ключ в ларец, Никому не покажу! <1925>

ПОЛЕТ *

Если б, если б Я был резвым соловьем Или даже воробьем, Не сидел бы в скучном кресле, Сунул я б в карман пшено, Крылья — врозь и за окно! Выше, выше Полечу я, трепеща И от радости пища, Всех котов спугну на крыше. На лету словлю жука, Проглочу — и в облака. Зорко, зорко Я б на наш квартал взглянул: Наш отель, как детский стул, Люди — мыши, площадь — корка, А хозяйка у окна Меньше пробки от вина. Ладно, ладно! Сброшу вниз я башмачки,— Пусть-ка хлопнут об очки Англичанку у парадной… Почему ее бульдог лег вчера на наш порог? Стыдно, стыдно… Разве птица — крокодил? Я не сброшу, пошутил, Потому что мне обидно, Потому что каждый раз Он с меня не сводит глаз. Тише, тише… Опускаюсь вниз к крыльцу, Ветвь задела по лицу, Мама в страхе жмется к нише. Скину крылья, вытру лоб И опять я мальчик Боб… <1925>

ЧЕРЕПАХА *

Дядя Васенька в подарок черепаху мне принес: Сбоку ножки, сзади хвостик, головенка без волос. Я ее пощекотала, а она молчит, как пень. Заползла, как жук, под ванну и сидит там целый день. Я бисквиты ей совала, и морковку, и компот. Не желает… Втянет шейку и закроет черный рот. Три часа я сторожила, чтобы сунулась под дверь. Не хочу такой игрушки! Скучный, глупый, гадкий зверь!.. Фокс наш тоже недоволен: удивился, задрожал: Утюжок на куцых ножках? Ходит-бродит… Вот нахал! Я взяла ее в кроватку, положила у плеча,— Неуютно и противно, как кусочек кирпича… Лишь одним я забавлялась: стала ножкой ей на щит, А она молчит и терпит… Не вздыхает, не пищит. Если в среду дядя Вася снова в гости к нам придет, Не скажу ему ни слова, — все равно он не поймет, Равнодушно-равнодушно сяду рядом на диван И тихонько черепаху положу ему в карман. <1925>

РЫБОЛОВЫ *

Я — к реке… За мной сестренка, Неотвязная, как тень. Мне поймать бы пескаренка,— Буду счастлив целый день! Поплавок запляшет в речке, Проплывет знакомый гусь, По воде пойдут колечки. Я вздохну — и засмотрюсь. У сестры — своя охота. В камышах открыла ход… Сядет молча у болота: Окунет сачок и ждет. Жук гудит, камыш вздыхает, Ил, как мягкая кровать… Третий день она мечтает Головастика поймать! <1925>

У ОКЕАНА *

В час лазурный утром рано Посмотрите на Павлушку: Он себе из океана Смастерил игрушку… Панталошки вмиг засучит, Даст волне по мокрой шее, Проведет в песке траншеи,— Зонтик плавать учит. И ничуть ему не жутко, Если хлопнет вал в живот: В трех шагах на горке будка, В будке мама шьет капот. Прибежит, пыхтя, мальчишка, Нос, и лоб, и уши в пене… Мама скажет: «Вот мартышка!» И посадит на колени. Мама шьет. Вдоль милых щек Колыхаются сережки. По песку то вверх, то вбок Скачут беленькие блошки. Дальний парус, — белый щит, Вздулся пышно-пышно-пышно. Океан-старик ворчит Еле слышно… <1925>