Чего я ждал? Не знаю. Наверное, что он сейчас выскочит следом за мной, мы извинимся друг перед другом, и все будет по-прежнему.

Но он не вышел. Видимо, у Ларисы правда медом намазано…

Старая, как мир история. Многолетняя мужская дружба разбилась о женские сиськи. Меня утешало одно — это ненадолго. Во внезапно вспыхнувшую любовь я не верил. Уж больно грязная история.

Я переночевал у родителей, а утром уехал, не хотелось ни с кем встречаться.

Дома женщины налетели на меня с расспросами:

— Ну, что? Был?

— Она у него?

— Говорили?

— Что было?

— А, — отмахнулся, — меня выставили…

Они замерли на секунду. Но потом выпотрошили меня, конечно. Пришлось долго и нудно рассказывать со всеми подробностями.

Жена сидела пригорюнившись, время от времени с сочувствием поглядывая на Лену. А та ничего, держалась. Мне надоело, и я решил сменить тему:

— Да ну их, хватит об этом. Лен, лучше расскажи, как у тебя с работой?

— Так, сижу, — неопределенно ответила она.

Оказалось, все не так радужно, как себе представляла Лена. Ее посадили в маленьком магазинчике, она скучала в ожидании покупателей, которых не было. Хозяйка убеждала, что сейчас не сезон, надо потерпеть, дождаться осени, вот тогда начнутся настоящие заработки. Потерпеть значило — прозябать без денег в пустом магазине. Оклада у Лены не было. Только процент с продаж. Обычная практика хозяев по отношению к иногородним работникам.

— Ну, что же, потерпи до осени, — вздохнул я. А что можно было еще сказать?

Мужская дружба запросто может разбиться о женскую грудь…

Сначала все вроде было хорошо. Лена не сидела на месте. Ее хозяйка время от времени организовывала что-то типа выездной торговли. Поэтому иногда Лена получала кое-какие деньги. Конечно, на жизнь хватало, но ни о какой съемной квартире не могло быть и речи. Она переживала, спрашивала, не слишком ли напрягает нас. Мы вежливо отвечали: «Что ты, живи, сколько нужно!»

На самом деле напрягала, конечно. В частности, мы с женой больше не занимались любовью. Не считая тех редких ночей, когда сбегали на кухню и там, на полу, стараясь не шуметь, быстро совокуплялись, как подростки, которых могут застукать в любой момент бдительные взрослые. Оно, конечно, попервости даже возбуждает, но всему есть передел. Лично меня ситуация сильно напрягала. Но я крепился. Жена тоже помалкивала. Лена старалась быть полезной: готовила на всех еду, ходила по магазинам, даже подружилась с нашим сыном, довольно сильно облегчив нам жизнь, потому что времени на ребенка вечно не оставалось.

Потом Ане удалось купить путевку, и сын отправился в детский подмосковный лагерь. Очень удобно: все-таки он не в городе, а на природе, с ровесниками, под присмотром, да и мы могли в любое время его навещать.

Я часто бываю в командировках, так что с Леной больше всего контактировала жена. Я рассуждал примерно так: ну, живем и живем. Как-нибудь все наладится, и старался особенно не задумываться над происходящим.

Женщины вроде бы подружились. Аня даже познакомила Лену со своими друзьями.

Между тем новости о Денисе поступали неутешительные. Краем уха я слышал, что он так и живет с Ларисой, вроде жениться собрался. Более того, он перестал общаться с теми, кто не принимал на веру и всерьез его любовь. Тогда даже те, кто лояльно относился к Ларисе, стали говорить, что «что-то тут не так». Денис изменился — хорошо; расстался с Леной — возможно, правильно. Ни для кого не было секретом то, что страстной любви в их отношениях не было никогда. Но почему он собрался жениться на Ларисе? Почему выбрал ту, которая трахалась с его лучшим другом? И почему друг сходит с ума до такой степени, что, говорят, даже поголубел?

Выяснить ничего не удавалось. Денис закрылся наглухо. Если он собрался жениться, то сначала надо было развестись. А чтобы развестись, надо хотя бы поставить Лену в известность.

Я осторожно спросил, что она думает о разводе.

— Я и пальцем не пошевелю! — ответила Лена. — Ему надо, пусть он и парится!

Я отступил. Своих проблем — выше крыши, устал ужасно. Отпуска ждал, как манны небесной.

В конце августа я собрал свое семейство, и увез на море, оставив Лену за хозяйку. Это были счастливые две недели ничегонеделания. Можно сказать, последние счастливые недели того года. Когда мы вернулись, Лена с порога сообщила, что Денис подал на развод.