– Вам об этом уже сказал Колдун, – всё так же бесстрастно ответил Странник, – но вы не обратили внимания на его слова. Пропустили мимо ушей, как у вас говорят. Вы нарушили Равновесие, Максим, и это нарушение чревато очень серьёзными последствиями.

– В чём именно выразилось это нарушение? Вы имеете в виду повторный запуск пси-генераторов и активацию сети башен?

– Да.

– А можно вопрос?

– Пожалуйста, – дубль совершенно по-человечески кивнул.

– Пси-генераторы – ваше изобретение? Есть гипотеза, что вы, Странники, оставили на Саракше некую микросхему, на основании которой саракшиане и создали эти дьявольские машины. Это так?

– Нет. Начнём с того, что у нас нет никаких микросхем – мы миновали машинную стадию развития цивилизации, у нас вообще нет никаких машин, аппаратов, приборов и тому подобного. Мы воздействуем на Мироздание напрямую– сознанием, минуя промежуточное звено «инструмент». А во-вторых – мы не стали бы давать юной несовершенной расе такую опасную игрушку. Генераторы – это изобретение самих саракшиан; они сами их создали – точно так же, как вы, земляне, сами создали атомную бомбу, причём в очень опасный период вашей истории, когда эта бомба могла поставить на этой истории большую и жирную точку. Пути развития разумных рас извилисты и прихотливы…

Пути господни неисповедимы, подумал Максим.

– Но если несовершенные саракшиане, как вы выразились, сами сделали себе такую опасную погремушку, почему вы не вмешались и не отобрали её у них? Вы же занимаетесь прогрессорством, верно?

– Нет, не занимаемся.

– Как нет?

– Не занимаемся, – повторил Странник. – Прогрессорство недопустимо – оно сродни вивисекции. Вот вы, например, земляне, – кто дал вам право вмешиваться в жизнь других разумных рас?

– Мы помогаем цивилизациям, находящимся на ранних стадиях развития, – мы несём добро.

– Вы несёте не добро, а своё понятиедобра. Занимаясь прогрессорством на других планетах, вы в то же время крайне болезненно воспринимаете саму мысль, что кто-то может заниматься прогрессорством на Земле. Для вас чужое вмешательство неприемлемо – вы его боитесь, вы даже устраиваете грандиозные космические учения по отражению агрессии внеземной цивилизации. Почему же вы тогда считаете для себя допустимым активно вмешиваться в судьбы других обитаемых миров? Вы навязываете иным гуманоидам свой образ жизни, но кто сказал, что ваш образ жизни самый правильный и вообще единственно возможный? Обитатели Тагоры и Леониды не нуждаются в вас и вашем прогрессорстве – они отлично обходятся без вашего вмешательства. И голованы вряд ли обрадуются, если вы вдруг вздумаете устанавливать в их пещерах свои порядки. У них свой образ бытия, скажете вы, но почему же вы лишаете возможности жить по-своему тех же саракшиан и арканарцев?

– Мы помогаем, – упрямо повторил Максим. – Мы уменьшаем количество зла на этих планетах. А что касается голованов – они не гуманоиды, и мы не можем экстраполировать на них наш исторический опыт.

– А на саракшиан и обитателей Саулы, значит, можете… Ещё раз: почему вы так уверены, что ваш собственный исторический опыт уникален, бесценен и непременно должен быть повторен везде, где обитают гуманоидные расы? Вы считаете себя богами, имеющими право творить по образу и подобию? Вы, подростковая раса, едва ступившая на звёздные тропы!

– Но законы развития социума едины для всей Вселенной…

– А вы уверены, что вы в полной мере познали эти законы? К вершине ведут тысячи дорог, вы идёте по одной из них, так почему же вы стараетесь завернуть на свою дорогу всех, кто идёт своим путём? Жизнь развивается сама– самая первая разумная раса, возникшая при зарождении этой Вселенной, как-то сумела обойтись без прогрессоров.

Максим молчал.

– А насчёт добра и зла, – продолжал Странник, – нет абсолютного Добра и Зла, это старая истина, справедливая для всей Вселенной. А Зло как таковое не только неистребимо – оно необходимо: чтобы двигаться вперёд, нужно от чего-то отталкиваться. На любом уровне развития своё Зло, и вы, выйдя в космос, ещё столкнётесь со Злом, отличающимся от того, которое вы одолели на своей планете. И это тоже закон развития социума.

Максиму почудилась усмешка в голосе Странника, но нет, тот говорил по-прежнему бесстрастно.

– Означает ли это, – спросил землянин, – что у вас, Странников, есть противник, по крайней мере, не уступающий вам по своим возможностям?

– Такой противник у нас есть, и поле битвы – всё Мироздание. Мы боремся с ним за каждую планету, за каждую Реальность, населённую разумными, сохраняя равновесие Света и Тьмы. А вы, земляне, здесь, на Саракше, качнули это Равновесие, вознамерившись создать многочисленную расу настоящихлюдей одним махом.

– А разве это недопустимо? Ведь мы же творим добро! Добро по нашим меркам, но мне почему-то кажется, что в данном случае оно не отличается от общевселенского добра.

– Само по себе это прекрасно, и мы отдаём должное вашему Сикорски, сумевшему убедить Землю в необходимости такого шага. И в данном случае вы действительно творите добро – беда в том, что вы творите его слишком поспешно.

– Не понимаю…

– Объясняю. Стремительное – за время жизни одного поколения – появление на этой планете десятков миллионов просветлённыхразумных сравнимо с яркой вспышкой. На свет этой вспышки потянется Тьма – Равновесие резко нарушится, и Тьма будет восстанавливать баланс. Саракш будет атакован, причём такими силами, что даже мы, Странники, не сможем его отстоять, не говоря уже о вас, землянах. Теперь понимаете?