При холотропной терапии существенно важно полностью отдаться музыкальному потоку, позволить музыке резонировать во всем теле и откликаться на нее стихийно и непроизвольно. Это допускает такие проявления, которые были бы немыслимы в концертном зале, где даже плачь или кашель могут стать источником возмущения. Здесь же каждому нужно дать полный выход всему тому, что бы ни вызывала музыка, будь то громкие крики или смех, детский лепет, звериные крики, шаманское пение или разговоры на чужих языках. Музыка может также вызывать странное гримасничанье, чувственные движения тазом, сильную дрожь или судороги всего тела.

Важно также прекратить всякое умственное вмешательство в восприятие музыки, например, попытки угадывать, кто автор этой музыки или из какой культуры она происходит, определения ее сходства с другим знакомым музыкальным отрывком, суждения о качестве оркестрового исполнения, догадки о том, на каких инструментах играют исполнители, или критической оценки технического качества записи. Нужно позволить музыке воздействовать как на сознание, так и на тело абсолютно стихийно. И при таком использовании музыка станет поистине мощным орудием вызова и поддержания необычных состояний сознания. Поэтому должно быть обеспечено высокое техническое качество и достаточная громкость, чтобы стимулировать переживание. А сочетание музыки с учащенным дыханием обладает удивительной трансформирующей силой.

Что же касается конкретного выбора музыки, то я обозначу только общие правила и дам несколько советов на основании нашего опыта. Спустя некоторое время каждый терапевт или терапевтическая группа вырабатывает свой список излюбленных музыкальных произведений для разных стадий сеанса. Главное правило: по чувствам они должны соответствовать фазе, напряженности и содержанию переживаний участников, но не пытаться программировать их. Это соответствует общей философии холотропной терапии, в частности, ее глубокому доверию к мудрости внутреннего целителя, к коллективному бессознательному, а также к независимости и непроизвольности хода исцеления.

Вообще мы предпочитаем музыку высокого художественного уровня, не очень известную и не имеющую конкретного содержания. Следует избегать использования песен и других вокальных произведений на языках, известных участникам, ибо словесное содержание способно привносить какое-то конкретное сообщение или внушать какие-то особые темы. Если же применяются вокальные композиции, то они непременно должны звучать на иностранных языках, чтобы человеческий голос воспринимался просто как музыкальный инструмент. По той же причине неприемлемы произведения, которые вызывали бы конкретные рассудочные ассоциации и могли бы запрограммировать содержание сеанса.

Как правило, сеанс начинается с музыки динамичной, связной и призывной. По мере продолжения сеанса музыка постепенно нарастает по напряженности и доходит до очень сильных отрывков, вызывающих транс, в идеале взятых из обрядов или духовных традиций различных коренных культур, имеющих долгую историю духовной деятельности. Через полчаса или час после начала сеанса, когда обычно переживание достигает пика, мы ставим то, что называем «музыкой прорыва»: мощные оркестровые пьесы, часто многоголосные. Во второй половине сеанса, когда напряженность музыки постепенно ослабевает, мы вводим нежную и эмоционально волнующие куски — «душевную музыку». И наконец, на завершающей стадии музыка становится успокаивающей, плавной, неритмичной и задумчивой.

Ответы тела на холотропное дыхание у разных людей значительно отличаются. В большинстве случаев учащенное дыхание вызывает прежде всего более или менее яркие психосоматические проявления. Как ранее уже отмечалось, физиология дыхания говорит о подобной реакции как о «синдроме гипервентиляции» и описывает его как стереотипную физиологическую реакцию, заключающую в себе главным образом напряжения в руках и в ногах («карпопедальные спазмы»). Но к настоящему времени мы провели сеансы холотропного дыхания более чем с тридцатью тысячами людей и обнаружили, что такое представление неправильно.

Существует множество индивидов, у которых учащенное дыхание, продолжающееся достаточно долго, приводит не к классическому «синдрому гипервентиляции», а наоборот, к постепенному расслаблению, сильным сексуальным ощущениям и даже мистическим переживаниям. У других же развиваются напряжения в различных частях тела, но совершенно отличным от «карпопедальных спазмов» образом. Более того, продолжающееся частое дыхание ведет не к дальнейшему усилению напряжений, ибо за критической верхней точкой следует глубокое расслабление. И подобная последовательность в некоторой степени напоминает оргазм при половом акте.

При повторных холотропных сеансах общее количество мускульных напряжений и сила эмоций, видимо, вообще уменьшается. Это говорит о том, что учащенное дыхание, растянутое на продолжительный отрезок времени, вызывает химические изменения в организме таким образом, что становится возможным прорвать физические и эмоциональные блоки, связанные с различными травматическими воспоминаниями и сделать их доступными для внешней разрядки и обработки.

Физические проявления, которые наблюдаются в различных частях тела, являются не просто физиологическими реакциями на гипервентиляцию. Они обладают сложной психосоматической структурой, а в отношении вовлеченных в них индивидов обычно и конкретным психологическим смыслом. Иногда они представляют какую-то усиленную разновидность напряжений и болей, известных индивиду из повседневной жизни, когда они выходят на поверхность либо как хронические недуги, либо как симптомы, которые возникают в периоды эмоционального или физического напряжения: усталости, недосыпания, болезненного истощения или употребления алкоголя или марихуаны. В других случаях они могут распознаваться как возобновление недугов, от которых индивид страдал в младенчестве, детстве и подростковом возрасте либо во время сильного эмоционального потрясения в последующей жизни.