Вечер прошел хорошо. Я подвыпил и усиленно разговаривал по-английски. Высказал все мысли по части оптимального общества. Все было напечатано в журнале, но последствий не имело, хотя крамолой пахло явственно. Времена были уже не те.

Итак, настал день отъезда в Штаты. Ох уж этот 6-й корпус на территории президиума Академии наук, где расположен иностранный отдел... Много там крови попортили научной братии. Задания, инструкции, адреса посольства, билеты, деньги, паспорт - пока все это получишь, килограмм адреналина потратишь. Мне, к примеру, выдали 10 долларов. Будто я в Серпухов еду, а не в Вашингтон, будто для развлечения... Да что говорить!

– Они вас пригласили за свой счет и обязаны содержать.

И то, что я депутат Верховного Совета, и ленинский лауреат, и член-корреспондент АМН, - это не в счет.

Аэрофлот доставил меня в Лондон, в Хитроу. Там уже было забронировано место на "боинг". На пять часов отключился от всех забот.

Когда летишь на запад, день длится долго. Вечером уже были в Нью-Йорке. Очень беспокоился, как доберусь до Вашингтона, ночь скоро, а вдруг не встретят? 10 долларов - это очень мало по Америке...

Пересадка прошла нормально: у эскалатора, еще до паспортного контроля, ждала девушка и держала плакатик "Г-н Амосов". Все мне оформила, перевезла на терминал внутренней авиалинии и даже усадила в комнате ожидания ждать рейса.

Когда отлетали, было 10 вечера. Мне уже не до красот ночного Нью-Йорка с высоты. По прошлому опыту знал, что аэродром Даллас от Вашингтона что-то около 50 километров. Если не встретят, то как же я доберусь, хотя бы в посольство? В Вашингтоне автобусов и трамваев нет. (Одна наша газета так это объяснила: "Чтобы заставить трудящихся тратиться на такси".)

И тут мне выпал счастливый билет.

Сижу в самолете, горюю. Что-то вытащил почитать.

Сосед, пожилой господин неопределенного вида, спросил по-русски:

– Вы из Советского Союза? Посетовал:

– Вот еду на деревню к дедушке... С десяткой в кармане.

Он оказался евреем, выехавшим из России.

– Я вам помогу.

И все устроилось.

Конференция должна была заседать в Бетезде, в здании Комитета стандартов. Господин из ИБМ привез меня в гостиницу и обеспечил программу: посещение "Центра здоровья" - всемирно известного исследовательского и лечебного учреждения, который содержит правительство США. Его финансы больше всей нашей АМН. И десять нобелевских лауреатов. А в АМН - ни одного.

Приехал тот самый Фогель. Оказалось, что он чуточку говорит по-русски, выходец из семьи евреев-эмигрантов. Рассказал мне о конференции.

– Мы только на днях узнали, что кибернетик Амосов - и хирург, и депутат, и писатель - одно лицо. Журнал "Лук" рассказал. А книжку "Открытое сердце" уже читали до того...

Во как! Но я ему не сказал, что имею всего десятку в кармане.

День закончился вечером у миллионера.

Ночью болел живот, спал плохо. Но утром сделал гимнастику и пошел завтракать в кафетерий при гостинице. Совсем неплохо поел за один доллар. Боялся доклада? Конечно, было не по себе. Но чтобы страх? Нет, страх в жизни я испытывал только при операциях.

В восемь за мной пришла машина, и поехали заседать.

Фогель открыл заседание и первым представил меня. Сказал, что я и кто. (Хвастать так хвастать!) Несколько лет после того меня печатали в книге "Whu is whu" - "Кто есть кто" - знаменитости всего мира. Из СССР значилось всего десятка два имен. Потом Фогель преподнес мне сюрприз: вручил только что напечатанную мою книгу "Моделирование мышления". Накануне даже не предупредил.

Доклад прошел, скажем, удовлетворительно. Я читал текст, командовал оператору, показывающему слайды: "Следующий, следующий..." Подписи так были составлены, что все важное написано, пояснять ничего не требовалось. Иначе я бы пропал. В регламент уложился, С большим трудом понял смысл нескольких вопросов и ответил на них как мог. Много не спрашивали, не потому что все поняли. А видели небось, как трудно дается речь... (Учите языки, ученая молодежь!)

В первые заседания всех кормили за казенный (ИБМ!) счет. Суточных на расходы мне не предложили. Разве спросишь? Стыдно.

Как отчитал доклад, так уже гора с плеч свалилась, и дальше ожидали одни удовольствия. Ко мне подходили, хвалили. Наверное, больше из вежливости или поверили Фогелю. Я разговорился и даже интервью давал журналистам: о том, что искусственный интеллект мощнее человеческого, несомненно, возможен и я знаю, как его сделать. Не хватает малого - технологии изготовления этих самых "нейроподобных сетей". Нет, я не хвалился и не обещал, что мы в Союзе сделаем скоро.

(Вчера получил капельку бальзама на тщеславие: прочитал "За рубежом", что большие надежды возлагаются на искусственный интеллект, построенный на базе тех самых "нейроподобных сетей". И приводятся все его качества, о которых писал в той книжице, что Фогель преподнес. Не подумайте, будто вообразил: "от меня идет". Просто - "стрела прогресса". Приятно было за своих сотрудников из отдела. Пусть наши заказчики почитают и будут добрее на лимиты.)

Вот в хирургии такого момента не дождался.