Выдержав нужную паузу, я ответила утвердительно, светясь от счастья оттого, что мои мечты начинают сбываться. Я ведь не слишком счастливая, не то, чтобы мне есть в чем судьбу обвинить, но удачей я не обласкана.

Большой город и одинокая девушка - не самое удачное сочетание, хорошо хоть, что отцовского наследства хватило на то, чтобы домик купить. Я ведь раньше не в Лайонге жила, а в Медире, только после смерти родителей сюда переехала - место нашлось. И все мои знакомые там остались, подруги детства, тетушки, дядюшки... Рисковая? Да нет, просто не хотелось каждый день вспоминать об утратах. В Медире ведь каждый камушек, каждое деревце пронизано прошлым, а в Лайонге у меня началась новая жизнь.

Шезаф удовлетворенно кивнул и таинственно сообщил, что зайдет за мной ровно в восемь - даёт время на то, чтобы я переоделась. Только во что? Не то, чтобы мне нечего надеть, просто знать бы заранее, куда он меня поведет. Ладно, подберу что-то в меру скромное и торжественное - с моим гардеробом это несложно, в одном сундуке все пожитки умещаются.

За милым шушуканьем нас застал Главный библиотекарь и естественно сделал замечание. Мне - персональное, за опоздание. Я смущенно потупилась и промолчала. Замечание - не разнос, можно и пережить.

Рабочий день тянулся мучительно медленно. Я перебирала карточки, носила туда-сюда книги, терпеливо отвечала на вопросы читателей, всегда предельно вежливая и корректная. Хотя некоторых хотелось поставить на место: заставлять меня лезть по лестнице на верхние полки, чтобы взглянуть на мои ноги и нижнее бельё. Да, есть и такие, и никому не пожалуешься. А на что, собственно, жаловаться? Он попросил достать книгу - никакого преступления. И я мирилась с издержками работы девушки-библиотекаря. В конце концов, сколько таких неприятных читателей? Один за неделю, ну, два, а, служи я в трактире или в гостинице (куда ещё возьмут женщину?), за день бы заработала десятки шлепков по мягкому месту и сотни похотливых взглядов. Наши читатели руки не распускают, за что им большое спасибо.

Наконец вся эта канитель закончилась, и я, соблюдая формальности, попрощавшись с коллегами, поспешила домой. По дороге зашла в чайную лавку и к молочнику - запасы провизии подходили к концу, а сытными ужинами меня будут кормить не каждый вечер.

Отперла дверь, положила скоропортящиеся продукты в ледник, остальные - в пропахший корицей шкафчик на кухне и, весело напевая, взлетела вверх по лестнице.

Наверное, для каждой девушки наряжаться на свидание - это одновременно и праздник, и мука. Вдруг резко дурнеешь, перестаешь нравиться себе, а любимое платье превращается в безвкусный кусок материи. А ведь хочется быть богиней, чтобы он ни на кого больше никогда не взглянул, а сразу сгреб в охапку и потащил к алтарю.

Времени на раздумья осталось немного, да и нарядов - много меньше, чем полагается сказочной принцессе, поэтому процесс выбора не был столь мучителен. Остановившись на синем платье с широким поясом - всё, как учила мама, отвлекаю внимание от недостатков, привлекаю к достоинствам, - я провела гребнем по волосам и распустила традиционную косу. Я знаю, что такая прическа мне идет, но в повседневной жизни распущенные волосы мешают, а при работе с книгами и вовсе противопоказаны, вот и привыкла ходить с этой куцей косичкой. Иногда на затылке её закрепляю, иногда ленточку вплету. Но сейчас мне не на работу и не полы мыть.

Туфель у меня всего две пары, так что и выбирать нечего. Чёрные, ко всему подойдут.

Оживив платье ниткой речного жемчуга, единственным своим украшением, я окинула себя беглым взором и подошла к окну, высматривая Шезафа. Он, наверное, не спешит, думает, что я прихорашиваюсь, перед зеркалом верчусь, а я уже готова, сижу и жду его. И думаю о своем шестом чувстве. Привыкла ему доверять, никогда оно меня не подводило, а теперь настоятельно советует быть осторожной.

Шезаф появился раньше, чем я успела извести себя предположениями по поводу значения взгляда Наместника, и, выслушав дежурный комплимент, я под руку с коллегой отправилась в центр Лайонга.

Шезаф привёл меня на широкий бульвар, обсаженный лиственницами, и указал на двери заведения, которое мне было не по карману. Мне на миг стало не по себе, мелькнула мысль попросить его выбрать что-то подешевле, но я сдержалась - он ведь обидится, решит, что зря старался произвести впечатление.

При виде моего спутника подавальщицы сразу же оживились. Еще бы, ведь он такой красавчик! Высокий, зелёноглазый, его и за аристократа принять можно. Кстати, это недалеко от истины - по материнской линии у него сплошь дворяне, пусть и мелкопоместные, а отец - чиновник. Завидный жених! Тебе бы, Одана, вцепиться в него и не отпускать!

Шезаф галантно отодвинул передо мной стул и, игнорируя заигрывания подавальщицы, сделал заказ.

Понимая, что непременно покраснею, если буду смотреть ему в глаза, я с любопытством осматривала заказанный Шезафом отдельный кабинет. Хорошо-то как и необычно: мы с Эйтом в простых трактирчиках сидели, нередко в компании его развеселых друзей. Как оказалось, сидел он там не только со мной. Ну да ладно, дело прошлое!