– Присаживайтесь, – указал он Сильви на стул, сам же взгромоздился на край стола.

Она послушно села, ожидая продолжения.

– Кто вы? – спросил он без обиняков.

Она выпрямилась на стуле:

– Сильвия Смит.

– Это ваше настоящее имя?

– Как ничто другое, – ответила она. И дернул же ее черт прочитать это дурацкое объявление! Впрочем, все не так: она сама и Диллон здесь – в тепле, спокойствии и сытости. Были вещи и похуже, чем ответ на подобный вопрос.

Фермера, судя по виду, это не убедило.

– Вы понимаете, дорогая, вся семья, может, и глазом не моргнула, пуская сюда незнакомую женщину, но только не я. Я еще раз спрашиваю: кто вы и что делаете в этой части округа?

– Я понимаю, что все это выглядит несколько странно… – произнесла она, сцепив на коленях руки.

– Несколько?

– Знаете, я вообще-то не думаю, что это ваше дело. – Ну вот, она это сказала. Теперь Джо Брокетт вынужден будет отразить удар.

– А вы подумайте, – сказал он, не сводя пристального взгляда с ее лица. – С той минуты, как вы вошли сюда с мыслями стать моей женой, это стало моим делом.

– Конечно, я не собиралась выходить замуж, но… была в отчаянии. Вы меня, надеюсь, понимаете. Я по правде не ищу мужа. – Однако это – не по правде. Она возлагает большие надежды на то, что однажды найдет Билли Рея и тогда заживет припеваючи. Она жаждет семьи, дома и счастливого воссоединения с отцом ребенка.

– А где отец ребенка?

– В данный момент далеко.

– Так от чего или от кого вы бежите? – нахмурился Джо.

– Ни от чего. Я искала то, чего не смогла найти. Давайте оставим это, а?

– Давайте – на некоторое время. Полиция не разыскивает вас?

Она чуть не рассмеялась, но поняла, что он это серьезно.

– Нет.

– Я ведь могу проверить – и проверю – у окружного шерифа.

– Да хоть сейчас. Мой бумажник наверху, в нем водительские права. Можете позвонить шерифу, полиции штата, ФБР – куда угодно. Мне нечего скрывать, мистер Брокетт.

– Вот как? – Его брови поднялись, а взгляд выражал все, кроме доверия. – Однако я ни одной минуты не стал бы в это верить, мисс Смит.

– И тем не менее это правда. – Она встала. – Надеюсь, у вас закончились вопросы ко мне? Мне бы хотелось вернуться к детям, нам многое предстоит сделать, чтобы подготовиться к Рождеству.

– У тебя такой вид, будто ты потерял лучшего друга, – проговорил Хэнк, закрывая за собой заднюю дверь.

– О, я и не слышал, как ты вошел. – Джо отодвинул в сторону кружку кофе, к которому еще не успел притронуться. Он устал – и от кофе, и от этого проклятого шторма.

Хэнк, греясь, потирал руки:

– Ботинки отсырели, я их оставил на веранде. Скоро нужно будет опять лопатой поработать – еле дверь открыл.

– Сделаю, пусть только ветер стихнет.

Хэнк поднял брови:

– А если он до июня не стихнет? – Он налил себе чашку кофе и оглядел рабочий стол: – Булочки с корицей остались?

– Ты же сам их слопал!

– А где все?

– Не слышишь, что ли?

Хэнк навострил уши:

– «Джингл беллз»?

– Ага. Пятнадцатый, по-моему, раз. Кэрин дорвалась до старых новогодних пластинок! Я достал с чердака весь этот хлам и отнес в гостиную, вот они и заняты. – Джо посмотрел на друга, которому явно не терпелось присоединиться к веселой компании. – Тебе не следовало так поступать, Хэнк. Ты был не прав.

– Не прав? – эхом отозвался тот. – Они же мои внуки и заслуживают счастья, особенно сейчас. И если мне самому доставляет радость дарить им то, чего они все хотят на Рождество, – что в этом плохого?

Старый плут вышел, и до Джо донеслось – он готов был поклясться – его мурлыканье под музыку. Дряхлеет старик потихоньку, раз нанял домработницу под праздник, чтобы здесь пожила и понянчилась с детьми.

«Со снежными бурями и то легче справляться, чем с женщинами, – подумал Джо. – По крайней мере знаешь, что пурга когда-нибудь кончится и ты останешься живым, если только не сотворишь каких-нибудь глупостей. А вот бабы не кончаются, и что бы ты ни сделал, всегда почувствуешь, что тебя будто мордой в сугроб макнули».